Удивленная взволнованным выражением карих глаз молодого человека, Моргана кивнула:

– Хорошая мысль, Джон.

Уже направляясь к двери, девушка вдруг осознала, что Джон ни на шаг не отходит от нее, и почувствовала тревогу. Взглянув на молодого человека, она увидела у него на лице легкую ободряющую улыбку. Стряхнув с себя остатки страха, девушка решительно двинулась вперед.


Моргана спала очень беспокойно. Напряжение вечера сказалось на ее душевном состоянии, так что даже во сне ее мучили бесконечные переживания. Пронзительные синие глаза, исполненные гнева, жгли ее насквозь, а она умоляла оставить ее в покое… дать отдохнуть. Но этот взгляд был неумолим. И вдруг в холодной лазурной глубине она увидела нечто похожее на огонек тепла… Затаив дыхание она пыталась проникнуть сквозь завесу сна, чтобы получше разглядеть это невероятное чудо. И снова у нее перед глазами возник синий теплый огонь, с каждой секундой разгоравшийся все ярче. Счастье накрыло ее обжигающей волной. Протянув руки, она обняла знакомые плечи и почувствовала прикосновение знакомых рук. Теплые губы прижались к ее щеке, потом к уголку рта, и Моргана с готовностью приоткрыла губы, приветствуя его влажное вторжение. О да, это было прекрасно… она вновь поднялась на крыльях любви, и все невзгоды последних дней остались далеко внизу. Легкие ласкающие пальцы скользнули по ее шее, плечам, опустились на грудь. Лежа неподвижно, боясь неловким движением спугнуть волшебное видение, Моргана наслаждалась райскими ласками. С бешено бьющимся сердцем девушка прислушивалась к умелым пальцам, которые дразняще медленно скользили по ее телу, обвели пупок, запутались в каштановых завитках между бедер, а потом осторожно скользнули в нежную расселину. Почувствовав первое прикосновение там, девушка невольно зашевелилась, пробуждаясь ото сна. Вторая влажная теплая ласка заставила ее приподнять тяжелые веки и напряженно всмотреться в темноту, а третья, смелая и обжигающая, окончательно вернула ее к действительности.

Протянув руку, Моргана нащупала густую гриву волос, щекотавших ей бедра. Мужчина тем временем продолжал ласкать средоточие ее желания, так что девушку постепенно начала охватывать сладкая дрожь. Моргана запуталась пальцами в темных кудрях, наслаждаясь неожиданным счастьем. Они не сказали друг другу ни слова, но их тела уже обо всем договорились и вместе приближались к пику страсти. Девушка задыхалась от наслаждения, сходила с ума от переполнявших ее эмоций, не в силах противостоять мощной волне желания, поднимавшейся внутри ее, и вдруг мир вокруг взорвался, и этот взрыв принес с собой ошеломительный оргазм.

Тяжело дыша, Моргана пыталась обрести контроль над своими чувствами, когда вдруг сверху на нее опустилось знакомое тело. Голос, зазвучавший у нее над ухом, был тихим и хриплым от страсти:

– Ты даже во сне хотела меня, Моргана! Мне не пришлось будить тебя, чтобы ты откликнулась. Ты знала, что это я пробую тебя на вкус, милая. Ты открылась мне. Я до сих пор ощущаю твой вкус на губах. Я так давно мечтал о тебе, милая, так давно…

В следующую секунду он ворвался в нее и, начав двигаться, сорвал с ее губ невольный стон. Этот чувственный танец поднимал Моргану все выше и выше, приближая к ослепительному счастью. Да, они снова одно целое… Не осталось больше никаких обид, только незамутненная радость каждого мига, бешеная обжигающая страсть. Глухой стон над ухом Морганы слился с ее собственным, и они вместе низринулись с вершины блаженства, на которую поднялись.

Они продолжали лежать обнявшись. Боясь потерять это ощущение тепла, Моргана изо всех сил прижимала к себе сильное мужское тело, пока наконец ей не пришлось с сожалением выпустить его.

Она открыла глаза, желая увидеть лицо Девона, но в комнате было слишком темно.

– Девон… – начала было девушка, но он закрыл ей рот поцелуем, таким дразнящим, глубоким и обжигающим, что у нее мгновенно пропало желание говорить.

Наконец мягкие теплые губы оторвались от нее, скользнули к мочке уха, и в следующую секунду послышался тихий шепот:

– Спи, Моргана. – Широкая ладонь скользнула по ее телу, и Девон притянул ее к себе. – Спи… вот так. Ты на своем месте, милая, в моих объятиях… где тебе давно уже следовало находиться…


Когда Девон открыл глаза, первые рассветные лучи прочертили темное ночное небо. Моргана спала рядом, уткнувшись лицом ему в плечо. Он чувствовал на коже ее легкое дыхание, напоминавшее изысканную ласку. Он проснулся посреди ночи и натянул на них обоих одеяло, но она даже не пошевелилась. Глядя на спящую Моргану, он понял, что никогда не устанет любоваться ею, никогда не устанет наблюдать за сменой эмоций на ее прекрасном лице, ангельски безмятежном во сне. Желая как можно лучше рассмотреть ее в сумеречном предутреннем свете, он скользил взглядом по ее лицу, по линии скул, по полуоткрытым губам и с трудом подавил желание прижаться к ним и снова ощутить их сладость. Господи, как же он любил эту женщину! Это чувство невозможно было больше отрицать.

Но почему все складывалось так плохо? В какой момент они стали врагами, когда напряжение между ними достигло такой степени, что он не мог смотреть на Моргану спокойно? С болью вспомнив счастливое выражение ее лица, когда они с Джоном вернулись на праздник, он снова подумал о том, что сам толкнул ее в объятия юноши. Но ведь он этого не хотел. Он хотел, чтобы Моргана всегда была рядом с ним, вот как сейчас. Осторожно, чтобы не разбудить девушку, он намотал на палец блестящий каштановый локон. Он был пока не готов к тому, чтобы посмотреть ей в глаза.

Прошлой ночью он взял ее во сне. Ее тело, приученное к его жарким ласкам за время долгого путешествия в Техас, отреагировало мгновенно. Находясь в полупьяном состоянии, Девон, однако, убедил себя в том, что за этим стояло нечто большее. Какое у них могло быть будущее? Моргана мечтала о возвращении домой. Разве не об этом она столько раз твердила ему? Он совершил ошибку, похитив ее из Мехико, но он просто не мог оставить ее Санта-Анне. Ему невыносима была сама мысль о том, что тот будет обнимать ее, целовать, заниматься с ней каждую ночь любовью. Вместо этого он сам принудил ее к близости, научил ее неопытное тело отвечать на его ненасытное желание. Но в какой-то момент его чувство стало глубже и нежнее, так что непонятно было, где кончается вожделение и начинается любовь. Других женщин больше не существовало для него в целом мире. Девон ненавидел сам себя за то, что пытался с помощью Хелены вырвать из сердца Моргану.

Посмотрев в окно, молодой человек нахмурился. Светало. Он не хотел, чтобы кто-то заметил его выходящим из комнаты Морганы. Он и так уже достаточно навредил ей. Было бы жестоко нанести этот последний удар по ее гордости.

Осторожно отодвинувшись, Девон встал с постели. Быстро одевшись, он бросил на нее последний взгляд. Слишком сильно было желание разбудить ее и рассказать обо всем, что он понял за эти долгие дни и ночи в разлуке с ней. Но он не мог этого сделать. Он боялся увидеть в ее глазах презрение.

Отвернувшись, он осторожно приоткрыл дверь и вышел в коридор, не заметив в полумраке стоявшего в нескольких шагах высокого мужчину.

– Девон!

Вскинув глаза, Девон увидел выступившего из тени Сэма. Отец заговорил тихим голосом, в котором явственно различался гнев:

– Я желаю немедленно переговорить с тобой в кабинете!

Девон молча проследовал за отцом. Остановившись посреди комнаты, он дождался, пока отец закроет дверь и обернется к нему.

– И как давно это продолжается под крышей моего дома?

Почувствовав внезапную дурноту, Девон медленно произнес:

– Этой ночью я впервые зашел в комнату к Моргане, Сэм. Раньше я и пальцем не дотрагивался до нее в этом доме, но любовью с ней я занимался не первый раз.

– Насколько правдива история о ней и Санта-Анне, которую ты мне поведал? Ты все это придумал, чтобы…

– Нет! – Осознав, что отец впервые усомнился в нем, Девон продолжил со всей искренностью, на которую был способен: – Нет, все, что я рассказал тебе о Моргане и Санта-Анне, – правда.

– В таком случае Моргана не отказывает в удовольствии вам обоим…

– Нет, Сэм, ты не совсем прав. – Чувствуя, как внутри у него что-то сжимается, он мягко произнес: – Когда я познакомился с Морганой, она была неопытной девушкой, и это я лишил ее девственности. Она никогда всерьез не хотела меня, Сэм. Она с самого начала мечтала о Санта-Анне, но я просто не сумел сдержаться. А потом, когда дело Стива осложнилось, я решил надавить на президента с помощью Морганы. Это почти сработало, Сэм. Честно говоря, я думал, что это хороший план. Но я не учел того, что мысли о Санта-Анне и Моргане будут преследовать меня и за пределами столицы. Стоило мне добраться до Салтильо, как моя жизнь превратилась в кошмар, и я повернул обратно. Не знаю, какое желание тогда было во мне сильнее: освободить Стива или заполучить Моргану.