Джуд Деверо

Девственница

Jude Deveraux

THE MAIDEN

Печатается с разрешения издательства Pocket Books, a division of Simon & Schuster Inc. и литературного агентства Andrew Nurnberg.

© Lisa Falkenstern, 1988

© Перевод. Т.А. Перцева, 2008

© Издание на русском языке AST Publishers, 2015

Глава 1

Англия, 1299 год

Уильям де Боун, прячась в тени каменных стен замка, не сводил глаз с племянника, сидевшего у оконного проема. Тот, сосредоточенно хмурясь, изучал какую-то рукопись. Волосы молодого человека отливали на солнце чистым золотом, лицо в свете дня казалось безупречно красивым. Уильям боялся подумать о том, как много значит для него племянник, как привязался он к Роуану за эти годы. Мальчик стал Уильяму кем-то вроде сына. Как жаль, что его собственные сыновья в подметки не годятся Роуану!..

Глядя на высокого, широкоплечего, узкобедрого красавца, Уильям в который раз поражался, как от темноволосого, смуглого, уродливого Тала мог родиться такой сын, как Роуан. Тал называл себя королем Ланконии, но одевался в меховые шкуры животных, длинные грязные волосы ни разу не подстригались, ел он руками и выражался как варвар, каким и был на самом деле. Уильям не скрывал своего отвращения к Талу и позволил ему оставаться в своем доме исключительно по приказу короля Эдуарда. Уильям оказывал Талу всяческое гостеприимство и велел управителю развлекать грубого, вульгарного молодого человека, но сам старался держаться от него как можно дальше.

Теперь при виде Роуана душа Уильяма переворачивалась от горя, исполненная неизбывной тоски. Пока он занимался своими делами, почти забыв о короле варваров, его прекрасная, добрая, милая сестра Энн влюбилась в дикаря. К тому времени как Уильям осознал, что происходит, Энн уже была так очарована этим человеком, что грозилась покончить с собой, если не получит его в мужья. Глупый король варваров даже не понимал, что Энн подвергает опасности свою бессмертную душу одним упоминанием о самоубийстве.

Никакие доводы Уильяма не смогли разубедить Энн. Тот расписывал, как отвратителен Тал, но Энн смотрела на брата как на безумца.

– Женщины не находят его отвратительным, – заметила она, смеясь над брезгливой гримасой Уильяма, живо представившего смуглые жирные руки Тала, обнимающие хрупкую светловолосую Энн.

К несчастью для Уильяма, окончательное решение было принято королем Эдуардом. Он объявил, что хотя население Ланконии невелико, все же они – свирепое племя, и если их король возжелал богатую английскую невесту, значит, получит ее.

Поэтому король Тал женился на Энн, красавице сестре Уильяма. Последний пил беспробудно десять дней, в надежде, что, когда протрезвеет, все это окажется сном. Но, очнувшись от пьяного беспамятства, первым делом увидел Тала. На голову выше его высокой сестры, он не отходил от нее, словно окутывая светлую прелесть Энн зловещей тьмой.

Девять месяцев спустя на свет появился Роуан. С самого начала Уильям обожал хорошенького светловолосого мальчишку, тем более что жена так и не родила ему детей. Тал со своей стороны не интересовался малышом.

– Ба! С одного конца вырываются вопли, с другого – вонь. Дети – женское дело. Подожду, пока он станет мужчиной, – пробурчал он на своем ломаном английском. Его гораздо больше интересовало, когда Энн достаточно оправится от родов, чтобы вернуться в его постель.

С тех пор Уильям разве что только не усыновил Роуана, проводил с ним почти все время, мастерил для него игрушки, забавлял мальчика, держал пухлую ручонку, когда тот делал первые шаги. Роуан быстро становился центром всей жизни Уильяма.

Когда Роуану было чуть больше года, родилась его сестра Лора, похожая на брата, хорошенькая светловолосая малышка. Она тоже не унаследовала ничего от своего смуглого отца. Когда Лоре исполнилось пять дней, Энн умерла.

Уильям был вне себя от скорби и ничего кругом не замечал. Он не видел мрачной опустошенности Тала. И знал одно: именно Тал стал причиной смерти любимой сестры. Он велел Талу убираться из его дома.

Тал покорно ответил, что соберет своих людей и детей и завтра же утром вернется в Ланконию.

В ту минуту Уильям не понял, чем это ему грозит, но, услышав шум во дворе, понял, что Тал намеревается увезти Роуана и Лору. Понял – и потерял рассудок. Сейчас им, человеком рассудительным, владели ярость, скорбь и страх. Собрав своих рыцарей, он напал на Тала и его личного телохранителя, пока те спали.

Уильям никогда не видел, чтобы люди так жестоко дрались, как эти ланконийцы, хотя на каждого их воина приходилось четверо англичан. И все же троим, включая Тала, удалось сбежать. Заливая землю кровью из глубоких ран на руках и ногах, зажимая еще одну, на правой щеке, Тал стоял на стене замка в розовом рассветном сиянии и проклинал Уильяма и его деяния. Напоследок он добавил, что знал, как Уильям жаждет получить принца Роуана, но этому не суждено сбыться. Роуан – ланкониец, а не англичанин, и когда-нибудь вернется к отцу.

Потом Тал и его люди перебрались через стену и исчезли в лесу.

С той поры Уильяма преследовали неудачи. Вся его жизнь, ранее беззаботная и спокойная, превратилась в цепь бед и неприятностей. Месяцем спустя его жена умерла от оспы, которая также убила половину его крестьян. Пшеница так и осталась неубранной на полях. К тому же в том году выпал ранний снег, и урожай сгнил.

Уильям женился снова, на богатой пятнадцатилетней толстушке, оказавшейся плодовитой, как кролик. Она родила ему четверых сыновей и, очень вовремя, скончалась в последних родах. Уильям не особенно грустил, поскольку ее молодое тело с некоторых пор перестало его привлекать: легкомысленная глупая девчонка не была ему достойной спутницей.

С тех пор ему приходилось заботиться о своих детях и детях Энн, контраст между которыми был поразителен. Роуан и Лора были высокими, красивыми, златовласыми, готовыми всему учиться, умными, вежливыми, в то время как его собственные сыновья отличались глупостью, неуклюжестью и злобностью. Они ненавидели Роуана и немилосердно издевались над Лорой. Уильям сознавал, что это Господь наказывает его за содеянное с Талом. Он даже стал верить, что дух Энн мстит ему за преступление против ее мужа.

Когда Роуану исполнилось десять лет, в замок Уильяма пришел старик с бородой до пояса и золотым венцом, усаженным четырьмя рубинами на голове. Он сказал, что его зовут Фейлан, что он из Ланконии и должен обучить Роуана ланконийским обычаям.

Уильям едва не проткнул старика мечом, но вмешался Роуан. Мальчик словно заранее знал о появлении этого человека и ждал его.

– Я принц Роуан, – торжественно объявил он.

В этот момент Уильям понял, что теряет самое дорогое, что у него было на земле, и никак не может предотвратить потерю.

Старый ланкониец остался, спал где-то в закоулках замка, – Уильям не интересовался, где именно, – и все дни проводил с Роуаном. Тот всегда был ребенком серьезным, старавшимся выполнять все поручения Уильяма, но теперь, казалось, его способности к обучению были безграничны. Старик обучал Роуана не только в классной комнате, но и на ристалище. Сначала Уильям протестовал, поскольку некоторые ланконийские способы борьбы были, по его мнению, бесчестными и не подобавшими рыцарю. Но ни Райан, ни Фейлан не обращали внимания на его возражения, и Роуан учился драться пешим не только мечом и копьем, но и палками, дубинками и, к ужасу Уильяма, даже кулаками. Истинные рыцари сражались только сидя в седле.

Роуана не отдали на воспитание в семью соседа, как других молодых людей благородного происхождения, но оставили в замке дяди и позволили учиться у Фейлана. Сыновья Уильяма, один за другим, покинули замок, чтобы жить в семьях других рыцарей и служить оруженосцами. Вернулись они с рыцарскими шпорами и еще больше возненавидели Роуана. Достигнув совершеннолетия, они неизменно вызывали его на бой, в надежде одолеть и тем самым заслужить одобрение отца.

Но Роуан с легкостью выбивал их из седла и возвращался к своим занятиям, даже не вспотев.

Сыновья Уильяма громко протестовали против присутствия кузена в их доме, и тот молча наблюдал, как они подкладывают острые шипы растений под седло Роуана, крадут его драгоценные книги, высмеивают в присутствии гостей. Но Роуан никогда не выходил из себя, что еще больше бесило его неотесанных родственничков. Единственный раз Уильям увидел, как рассердился Роуан, когда его сестра Лора попросила разрешения выйти замуж за мелкопоместного барона, часто приезжавшего в замок. Роуан в гневе кричал на сестру, что та – ланконийка и, когда ее призовут, должна вернуться домой. Уильям был потрясен не только взрывом Роуана, но и его отношением к Ланконии как к «дому». Он остро ощутил, что его предали, словно вся любовь, которую отдал мальчику, пропала втуне и Роуан ответил черной неблагодарностью. Именно поэтому Уильям встал на сторону Лоры. Но ее муж умер через два года, и Лора вернулась в дом дяди с малышом Филиппом. Роуан с улыбкой приветствовал сестру.