Кристина Винсент

Девушки из Монте-Карло

Уиллу и моим трем мальчикам

Пролог

Раннее утро, вторник, 9 сентября 1969 года, юг Франции

Она смахнула с глаз слезы и повернула ключ в замке зажигания. Взревел мощный мотор, машина рванулась с места. Слезы застилали глаза, не давали следить за дорогой. Автомобиль с открытым верхом на дикой скорости несся по пустынным предрассветным улицам, мимо домов с темными окнами. Она ощущала лишь боль — невыносимую боль, которую не в силах было выдержать ее страдающее, израненное сердце. Дорога круто пошла в гору, оставляя внизу захватывающую дух бесконечную пропасть.

Прохладный горный воздух приятно холодил распухшее от слез лицо, ласково трепал длинные светлые волосы. Боль и отчаяние постепенно стихали, уступая место полному безразличию, граничащему с безрассудством. Она с силой надавила педаль, и машина, взвизгнув покрышками, еще стремительнее понеслась к горной вершине. Бешеная скорость опьяняла, вселяла уверенность и надежду. Ей казалось, что она, словно птица, парит в темном предрассветном небе.

Она не услышала дикого скрежета металла, грохота и глухого удара, от которого мощный ствол высокого дерева разлетелся в щепки. Внезапно сомкнулись тучи, небо сделалось черным, резко опрокинулось и потащило ее за собой в раскинувшуюся внизу бездну, за краем которой начиналось небытие.

Глава 1

Монте-Карло, май 1969 года

У Лоры тревожно и часто забилось сердце, когда Пьер, хлопнув передней дверцей огромной неуклюжей черной «симки», с грозным видом поманил ее пальцем. Она послушно вышла из машины и молча наблюдала, как он прикуривает сигарету. Яркий язычок пламени на миг осветил пылающие гневом темные глаза и орлиный нос, придающий лицу Пьера сходство с большой зловещей птицей. Предчувствие надвигающейся беды охватило девушку. Зачем Пьер привез ее сюда, на безлюдную, тускло освещенную бледной луной горную дорогу, если всего полчаса назад они мирно договорились поехать к Лоре домой и остаться там ночевать?

Презрительный взгляд Пьера скользнул по ее бледному красивому лицу и задержался на больших выразительных голубых глазах, которые настороженно и холодно смотрели на него.

— Ну что, красотка? — процедил Пьер сквозь зубы. — Похоже, я тебе надоел? Ведь у тебя голова занята лишь твоими легкомысленными друзьями-англичанами и бесконечными вечеринками! В твоем сердце больше нет места для человека, который искренне любит тебя — глупую, эгоистичную девчонку? Нет места для Пьера, красотка? Ты думаешь только о том, как бы поярче раскрасить лицо и вырядиться повычурнее!

С неожиданной резкостью он схватил Лору за плечо, и тонкая бретелька ее голубого платья оборвалась, обнажив грудь. Лора испуганно отпрянула от него, пытаясь прикрыться но Пьер крепко держал ее.

— Нет! — вскрикнула Лора. — Пожалуйста, отпусти меня!

Пьер сжал кулак и поднес его к широко открытым от страха глазам девушки.

— Предупреждаю, красотка, — медленно произнес он. — Если вздумаешь бросить меня, то очень пожалеешь об этом!

С ухмылкой глядя в бледное лицо Лоры, Пьер начал медленно ласкать рукой ее обнаженную грудь, наблюдая, как она постепенно набухает, а нежная кожа розовеет.

Лора стояла неподвижно, боясь пошевелиться; ее пухлые, четко очерченные губы были плотно сжаты в тонкую прямую линию. Лицо девушки не выражало никаких чувств, кроме обреченной покорности. Пьер со злостью сгреб в горсть прядь ее длинных льняных волос и сильно дернул.

— Ах это прелестное личико… эта нежная грудь, — хрипло проговорил он. — Если ты, милая, не будешь мне подчиняться и делать то, что я скажу, обещаю — у тебя появятся крупные неприятности!

Разжав руку и выпустив волосы, Пьер вынул из пачки новую сигарету и прикурил. Наблюдая за его действиями, Лора машинально отметила, что он держит сигарету между большим и указательным пальцами, как это обычно делают мужчины, занятые физическим трудом. Пьер глубоко затянулся и с шумом выдохнул дым прямо Лоре в лицо.

— Ты видела это? — Красный огонек зажженной сигареты приблизился к ее обнаженной груди, затем Пьер с ухмылкой помахал ею около ее шеи и бледных щек. — А что, если немного оживить прекрасный цвет твоего лица, дорогая? Не слишком ли оно белое? Несколько маленьких красных точек добавят ему шарма, согласна? — Пьер приблизился к Лоре почти вплотную, и она почувствовала крепкий запах никотина у него изо рта. — Ну, что скажешь, красотка?

До боли стиснув зубы, Лора молча глядела на Пьера, и ей казалось, что все это — лишь дурной сон, который вот-вот закончится, и она проснется. Уговаривать Пьера или спорить с ним было бесполезно и даже опасно. За время их знакомства она хорошо изучила его крутой нрав, и теперь ей оставалось лишь терпеливо ждать, пока очередная вспышка гнева пройдет и Пьер успокоится.

— Пьер, — тихо попросила Лора, — уже поздно. Пожалуйста, давай вернемся домой. Я сварю кофе, и мы спокойно все обсудим. Пожалуйста!

Пока Пьер молча, угрюмо нахмурившись, докуривал сигарету, Лора вернулась в машину, достала из сумочки английскую булавку и приколола оторванную бретельку.

Наконец Пьер отшвырнул окурок, сел за руль, и черная громоздкая «симка» помчалась вниз, вдоль склона горы, к дому, где жила Лора.


Шел третий час ночи, но Лора лежала в постели без сна, снова и снова проигрывая в памяти события минувшего вечера. Длинные шелковистые волосы разметались по подушке, а голубые глаза неподвижно глядели в потолок, словно там можно было отыскать ответы на волновавшие ее вопросы. Нервы были напряжены, а тревожное чувство не утихало ни на минуту.

Лора приподнялась на локте и с опаской поглядела на спящего рядом Пьера. Даже во сне с его лица не сходило мрачное и гневное выражение. Черные густые брови хмурились, длинные темные ресницы изредка трепетали, а тонкие крылья орлиного носа вздрагивали. Губы Пьера, казавшиеся абсолютно бесцветными в тусклом свете луны, заглядывавшей в окно спальни, были плотно сжаты. Пьер лежал на спине, его широкая грудь с шумом поднималась и опускалась, одна рука по-хозяйски расположилась на Лориной груди, другая была закинута за голову.

Лора осторожно, боясь разбудить Пьера, выскользнула из-под его руки и отодвинулась к краю постели. Ей очень хотелось встать, выйти на балкон и полюбоваться серебристой луной, отражавшейся в воде, но она опасалась, что Пьер проснется и их недавняя ссора возобновится. Лора снова устремила усталый взгляд на белый потолок и стала анализировать отношения с Пьером, которыми она уже давно тяготилась. Сколько таких вот ночей, с грубыми ссорами, необоснованными претензиями и неизбежной после всего этого насильственной физической близостью, миновало за последнее время? Много, очень много. Сегодняшняя ночь не стала исключением. После очередной бурной сцены Пьер овладел ею, гнев его утих, он успокоился и заснул.

В тот вечер Лора ходила на прием в британское консульство, а потом намеревалась провести время с друзьями, но Пьер появился, как всегда, неожиданно и почти силой увел ее. Теперь Лоре даже не верилось, что их отношения начинались так романтично; Пьер был нежен, добр и предупредителен. Но его неуравновешенный характер, буйный темперамент и отсутствие воспитания постепенно вытеснили из сердца Лоры любовь к этому молодому симпатичному человеку, и сейчас, пожалуй, уже ничто не могло возродить угасшие чувства. В опустошенной душе остались лишь разочарование, досада и злость на саму себя. Давно следовало прервать эту связь и не мириться с грубостью и унижениями. Лора тяжело вздохнула, закрыла глаза и стала вспоминать недавнее прошлое.


Два года назад, ярким солнечным апрельским утром восемнадцатилетняя Лора, полная радужных надежд и счастливых ожиданий, сошла с поезда на вокзале Монте-Карло. Она стремилась начать взрослую, самостоятельную жизнь, и подтолкнул ее к этому, сам того не желая, отец, врач-терапевт. Семья Лоры жила в Англии, в Девоне, отец занимался лечением больных, мать — рассеянная ученая дама — писала научные статьи, которые никто не читал, а старший брат учился в университете. Лора, окончив школу, мечтала по примеру брата продолжить образование, но мистер Форсайт — добрый, здравомыслящий человек, каковым он себя считал, — был категорически против дальнейшей учебы дочери. Он полагал, что учеба в университете превратит Лору в «синий чулок». Миссис Форсайт поначалу пыталась возражать мужу, приветствуя желание дочери получить хорошее образование, но скоро сдала свои позиции под его энергичным напором. Лоре было очень обидно, что отец не считается с ее желаниями, не понимает ее устремлений, но она не стала перечить и поступила в колледж, готовивший секретарей. После окончания колледжа Лора устроилась на работу и втайне от отца начала копить деньги для поездки за границу. Она рассуждала так: если отец недооценивает ее способности, считая, что учеба в университете не женское дело, она уедет из Англии и на практике получит знания, о которых мечтает. А мечтала Лора заниматься изучением современных европейских языков.