— Даш, — Домовой рванулся в мою сторону и хотел обнять, но я увернулась и остановила его суровым взглядом.

— Я думала, что вы мои настоящие друзья! — слова вырывались из самой глубины души, а слезы уже катились по щекам, — я верила, что ты меня любишь и сможешь простить и понять мой отъезд в столицу! Я надеялась, что мы будем встречаться и продолжим нашу дружбу, а ты… ты все разрушил только потому, что вдруг ослеп от ненависти?

Домовой стоял с таким потрясенным выражением лица, что я на секунду почувствовала к нему жалость.

— Нельзя просто взять и все вернуть, будто не было этих пяти лет, — произнесла перед тем, как взяться за ручку.

— Можно попытаться, — прошептал Домовой, развернув меня к себе и притягивая так близко, что я почувствовала жар его тела, биение сердца и неровное дыхание на своем лице. — Просто скажи, что давным-давно нашла себе другого парня и больше не хочешь меня знать?

Молчала, пытаясь совладать с собственными гормонами. Они будто взбесились, умоляя дотронуться до такого любимого и желанного тела, прикоснуться к рукам Домового, плечам, провести ладонью по упругому животу, чтобы скользнуть еще ниже.

Мои щеки запылали, а взгляд метнулся к губам парня и в ту же секунду он наклонился, чтобы впиться в мой рот жадным собственническим поцелуем. Я захлебнулась его страстью, мечтая только об одном, чтобы он овладел мной здесь и сейчас.

— Милашка моя, — прохрипел Домовой, — ты такая красивая, я так люблю тебя, я с ума сходил все эти годы, я мечтал о тебе, грезил тобой наяву. — Шептал парень, покрывая мое лицо поцелуями. — Я чертов слепой идиот, который не хотел признать, что его девушка самая честная и бескорыстная умничка. Прости меня, Даш! Прости за то, что не позвонил, не спросил, не хотел понять.

Я плакала, понимая, что давно простила его. Простила уже тогда, когда получила пригласительный билет из рук Вячеслава. Простила, но ждала этих слов.

— Скажи еще раз, — прошептала сквозь слезы.

Домовой посмотрел на меня долгим счастливым взглядом огромных карих глаз, а потом улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках.

— Я люблю тебя, Дикая! Никогда никого не любил так, как тебя.

Прижалась к Домовому всем телом, чтобы больше не чувствовать себя одинокой в этом мире, не знать, что такое боль от утраты веры в любимого человека, от предательства близких людей.

— Я люблю тебя, — прошептала ему в ответ и стукнула кулаком по плечу. — И ненавижу за то, что ты такой тормоз!

Домовой рассмеялся, запуская руку мне в волосы и шепча, что я никогда не перестану быть его любимой дикаркой.