Чувствую, как дрожат уголки рта, и пытаюсь подавить свою ухмылку. Слишком много вариантов закрутилось у меня в голове. Мне нужна Кэти. Чего бы это ни стоило!

В ее зеленых глазах появился блеск, когда она неохотно махнула рукой в мою сторону.

— Ничего страшного.

Ее мать вздохнула. Наверное потому что привыкла к такой реакции дочери, но я делаю для себя еще одну пометку.

— Кэти, доктор Престон тебе не враг, так же, как и я. Мы хотим помочь.

Сморщив нос, она воинственно вздернула подбородок.

— Мне не нужна помощь. Я в порядке.

Ребекка пожала плечами, извиняясь, и посмотрела на меня.

— Простите, что потратила ваше время впустую.

— Не переживайте. Не думаю, что кто-либо тратит свое время.

Кто-то зовет Ребекку, и я говорю, что она может идти, потому что хочу провести время наедине с ее дочерью.

Кэти пытается воспользоваться отсутствием матери, чтобы вернуться в бар. Мы стоим в тени в самом конце длинной стойки. Моя спина прячет соблазнительную фигуру Кэти от остальной части комнаты. Забираю ее пустой бокал и наблюдаю, как бармен подает ей еще один бокал шампанского.

Пока она тянется за ним, я сокращаю дистанцию между нами. Я мог бы протянуть руку и прикоснуться к ее щеке, но вместо этого я нежно прикасаюсь к нижней части ее руки. Хоть она и видела, что я собираюсь коснуться ее, все равно вздрогнула.

— С каких пор у тебя проблемы со сном? — надеюсь, после того, как ее мать ушла, она станет более открытой.

Но я недооценил упрямство Кэти, потому что при первой же возможности она скидывает мою руку со своей и просто пытается сбежать.

Поддавшись импульсу, делаю шаг в сторону так, что теперь она оказывается зажата между мной, стеной и баром.

Бл*дь! В ее присутствии совсем забываю, что мы здесь не одни и что она не принадлежит мне. Оба этих факта я хочу изменить и как можно быстрее.

Она резко вскидывает подбородок и стискивает зубы.

— Я задал тебе вопрос, Кэти, и ожидаю, что ты на него ответишь. — Мой голос звучит как рык, и я проклинаю себя за такую потерю контроля. Когда я наконец-то вспомню, что должен играть роль спокойного и рассудительного психиатра?

Она похожа на пойманного в ловушку зверька, и мне нравится, что именно я поставил ее в данную ситуацию.

— Мне не нужен врач, доктор Престон.

От того, как она произнесла мое имя, я слетаю с катушек. Звучит так, будто это оскорбление или неприятный привкус во рту.

Я знаю, что ей нужно. Но до тех пор, пока не смогу дать ей это, буду вынужден смириться с беспокойством, которое пробудил в ней.

— Так что же тебе нужно? — наклоняюсь ближе и вижу, как она опустила свой взгляд к моим губам. Она боится, что я поцелую ее... или хочет этого?

— Ничего. — Эта ложь без заминки соскальзывает с ее губ.

По крайней мере то, что я стою так близко, заставляет ее нервничать, это видно по неистовому биению ее пульса.

— Разве мама не учила тебя не врать?

Кровь приливает к ее щекам, и мне приходится сдерживать себя, чтобы просто не перекинуть ее через плечо и не отнести куда-нибудь. В комнату или другое уединенное место, где я мог бы веселиться с ней, и где бы нас никто не потревожил. На ум приходит мой подвал.

— Я не вру.

Моей поднятой брови должно было хватить для ответа, но я все равно спрашиваю:

— Тогда, пожалуйста, скажи мне. Как давно у тебя проблемы со сном? Я только хочу помочь.

Кэти была чрезвычайно умной потому, что не поверила ни единому моему слову.

— О, доктор Престон, как приятно вас видеть, — прозвучал голос мэра города позади меня и я выпрямился.

Как только поворачиваюсь, чтобы поприветствовать человека, который помешал нам, Кэти пользуется возможностью и сбегает. Я бы предпочел последовать за ней, но это дает мне еще одну причину наказать ее. Как бы то ни было, это не могло произойти прямо здесь и сейчас.

Мне важно быть с ней наедине. Никто не должен слышать ее крики. Мой взгляд следует за Кэти, пока она не выходит из комнаты. Демоны внутри меня протестуют, что я отпустил ее. Они отчаянно хотят забрать ее.

Я хочу Кэти.

Но для этого нужен план. Пока мэр болтает всякую бессмысленную чепуху, ищу взглядом Ребекку, потому что она мне поможет. В чем именно она бы мне помогла, женщина никогда не узнает, но я уверен, что могу рассчитывать на нее. Должным образом несмотря ни на что, она по-прежнему заботилась о благополучии своего ребенка.


ГЛАВА 4


КЭТИ

Заблокировав мысли от болтовни своей матери, я уставилась в сторону пляжа, который казался дразнящим. Совершенные волны продолжали накатывать на берег, ярко светило солнце, и дети, играющие в песке, все без исключения, были прекрасны.

Почему я не могу расслабиться?

Становилось поздно, и я заметила несколько парней, с которыми ходила в школу. Они сооружали костры и подтягивали кадки, которые, скорее всего, были заполнены льдом и бутылками пива.

Мягкий вздох сорвался с моих губ, и я замерла на несколько секунд, прислушиваясь, не заметила ли это моя мама.

Конечно, я могла бы пойти на эту вечеринку, но если хотела почувствовать себя не в своей тарелке, с таким же успехом могла просто остаться дома.

Неожиданно мама повернула за угол и поехала по бульвару, вместо того, чтобы оставаться на правильной дороге. Остановившись перед особняком в викторианском стиле, она повернулась ко мне.

— Выходи.

Я скептически посмотрела на дорожку, у обочины которой был припаркован черный Ягуар.

— Что мы тут делаем?

Моя мама стиснула губы, которые обновила только на прошлой неделе.

— Мы тут ничего не делаем. У тебя назначена встреча с доктором Престоном.

Уже одного упоминания его имени было достаточно, чтобы мои бедра сжались. Я была раздражена, как на самом деле попалась на эту дешевую уловку своей матери привезти меня сюда. Она приложила кучу усилий для расслабляющего шопинга, чтобы отвлечь меня от бессонницы.

— Мне не нужен психиатр, мам. Поехали.

— Я не буду обсуждать это с тобой, Кэти. Ты прямо сейчас выйдешь из машины и пойдешь поговоришь с ним. И я не сдвинусь ни на дюйм, пока ты этого не сделаешь.

Мне захотелось просто закричать, потому что я слишком хорошо знала свою мать, чтобы понять: она серьезно относится к этому. Она бы буквально не сдвинулась с места, даже если бы это заняло время до завтрашнего дня. Просто приказала бы одной из наших горничных привезти нам какой-нибудь еды. Но мать отказывалась бы уезжать, пока я не поговорю с доктором Престоном.

— Хорошо, — зарычала я, и вышла из машины.

Моя мать хитро заулыбалась.

— Замечательно! Я вернусь и заберу тебя через полтора часа.

Полтора часа? Я что должна рассказать ему историю всей своей жизни?

Наблюдаю, как уезжает машина, и проклинаю себя за то, что вообще когда-то кому-то рассказала о своих проблемах со сном. Будто мою мать когда-нибудь волновало, сплю я или нет. Скорее всего, она попросила этого милого врача осмотреть меня и определить, есть ли у меня хоть какие-то шансы выйти замуж. Это было бы больше похоже на мою мать.

Медленно разворачиваюсь и смотрю на старый особняк. Он, как и вся дорогая недвижимость в Атлантик-Бич, был хорошо ухожен и поддерживался в идеальном состоянии.

Я задумалась, удастся ли мне перехитрить мать, просто прогулявшись по окрестностям, а затем через полтора часа залезть обратно к ней в машину.

К сожалению, в этот момент замечаю движение за занавеской в окне на первом этаже. Она отодвинулась, и доктор Престон улыбнулся мне. Как и во время нашей первой встречи, он выглядит потрясающе. Его привлекательность действительно должна быть под запретом. Но на этот раз его улыбка выглядит еще более довольной, будто он уверен, что заманил меня в ловушку. Что-то в нем заставляет меня нервничать так, что я не хочу находиться рядом с ним.

Ладно, небольшая часть меня хочет, но остальная нет.

Мысленно пожимаю плечами, но снаружи выгляжу достаточно равнодушной, пока подхожу к входной двери. С тех пор, как он увидел меня, мой прекрасный план спрятаться от терапии, о которой я даже не просила, провалился.

Дверь мне открыла пожилая женщина, примерно того же возраста, что и моя бабушка. Она поприветствовала меня теплой улыбкой и провела вниз по темному коридору, пол которого был покрыт ковром.