– Как я уже сказал, Росс, может, подождем до весны?

– Посмотри на монитор, Фред, – приказала Кейн.

– Меня зовут Херб.

– Посмотри на чертов монитор.

Чтобы сложить все деньги Росса, потребовалось два конверта и десять минут, чтобы вывести их со счета, после того, как менеджер увидел новый счет Верде.

– Стоит ли мне интересоваться, откуда ты знаешь номер моего счета? – Росс погладил карман, где лежало его вновь обретенное состояние.

Кейн подошла к нему и шепнула на ухо.

– Не говори никому, но я просто хороший старомодный гангстер.

Росс засмеялся и ощутил подлинное восхищение перед этой высокой мошенницей, с которой его дочь разделила столько лет. И это чувство происходило не из того, что она помогла ему без всяких условий, что абсолютно отличалось от той помощи, которую предлагало государство. Все еще посмеиваясь, он спросил:

– Означает ли это, что я только что заключил сделку с дьяволом?

– Росс, ты обо мне многого не знаешь, но я никогда не сделаю тебе ничего плохого. У нас с Эммой ничего не получилось, но она мать моего сына, а это значит, что ты часть моей семьи. Я даю тебе эти деньги, и это в моих интересах и в интересах Хэйдена, и я ничего от тебя не жду. Ну, а ты можешь нам прислать немного этого знаменитого сыра, о котором мне рассказал Хэйден. В дополнение к деньгам, тебе стоит признать, что во мне есть нечто от дьявола. Но это делает жизнь интересней.

Он похлопал ее по спине, и они продолжили свой путь в приятной тишине. Кэрол наверняка бросит его за то, что он взял деньги, но, по крайней мере, он сможет спать спокойно, зная, что он не стал разрушать чью-то жизнь, чтобы решить свои проблемы.

Владелец магазина, где продавался корм, очень удивился, когда Росс протянул ему сумму, которой хватило не только на то, чтобы заплатить долги и купить еще корма, но и на то, чтобы оставить ему задаток. Росс смотрел, как он облизнул пальцы и начал считать деньги.

– Как насчет доставки сегодня вечером?

– Отлично, Рой. Мы как раз успеем вернуться и поможем ребятам разгрузить машину. – Он пожал руку старика, помахал Кейн через окно, и вышел к своему грузовику.

Когда они возвращались. Кейн разглядывала пейзаж так, будто задумалась о чем-то, но когда им оставалось около десяти миль до фермы, она попросила Росса остановиться.

– Тебе плохо или что?

– Или что. – Она уставилась на зеркало заднего вида и стала ждать, что будет делать седан, который уже замедлил за ними ход. Этот идиот никак не мог припарковаться не вызывая подозрений, поэтому он проехал мимо них на скорости улитки, как будто искал место, где можно было съехать на обочину.

Кейн положила руку на рукав Росса и просто наблюдала за машиной, улыбаясь. Здесь негде спрятаться.

– Пусть они проедут вперед.

– Ты знаешь, кто они, не так ли?

– Кейн посмотрела на него и приняла решение. Она включила тот же прибор, который использовала, когда разговаривала с Хэйденом, и издала глубокий вздох.

– Росс, ты задал мне вопрос в закусочной, и я хочу него ответить до того, как мы доберемся до этих шутов, которые разъезжают здесь в самых подозрительных машинах, какие только можно было найти.

– Ты не обязана это делать, но если скажешь, обещаю, что ни одно слово не просочится за пределы этого грузовика.

– Я знаю это. Росс, но все равно спасибо за эти слова. Для государства я владелец бара, но в качестве хобби я еще кое-чем занимаюсь.

– В качестве хобби?

– Мне нравится это так называть, но я же не сказала, что это не прибыльно. Понимаешь, Росс, когда ты идешь в магазин и покупаешь бутылку виски, или пачку сигарет, наверху всегда приклеена акцизная марка. Она собирает кучу денег для государства, но для среднего владельца магазина она только помеха.

– Если он не знаком с тобой.

Кейн засмеялась.

– Да, точно, если он не знаком со мной. Я занимаюсь торговлей, которая не проходит через все эти надоедливые инстанции. Он зарабатывает деньги, и я зарабатываю деньги, но агент Кайл и его начальство злятся не по-детски.

– И никаких наркотиков или проституции?

– Продажа наркотиков в моей организации, или торговля людьми – быстрый путь к крупным чекам из больницы, или к инвалидности, если нарушение серьезное. Моя семья никогда не занималась наркотиками. Не пойми меня неправильно. Те, кто занимаются наркоторговлей, снимают огромные барыши, но это очень плохо для тех, кого затягивает наркомания. В моем бизнесе риск не такой большой, но мне приходиться иметь дело с людьми, которые хотят меня уничтожить. Думаю, если у них это получится, они начнут просить больше, чем, если бы покупали у легальных продавцов.

Росс тихо присвистнул и покрепче схватился за руль:

– И это все?

– То, что я тебе рассказала за пять минут, Кайл пытается заставить меня рассказать на пленку уже больше восьми лет. Росс. Это вряд ли звучит как что-то ужасное, но для федератов это так. Я не пытаюсь себя обелить. Твоя дочь все эти годы жила с преступницей, но я не убиваю невинных людей направо и налево.

Росс подумал о том, что сделает Кейн, если она узнает, что Кэрол и Эмма принимают участие в планах Кайла.

– Значит ли это, что тебя можно до этого довести?

– А это, мой друг, уже совсем другой разговор. На сегодня хватит, не так ли?

– Я действительно хочу услышать ответ на этот вопрос.

– Как насчет того, что я отвечу так: Кайл здесь. Машина, которая только что проехала, доказывает это, но я не знаю, как он попал сюда и кто его пригласил. Это не мое дело.

Мое дело – проводить время с моим сыном, потому что он попросил меня об этом, и помогать тебе. И вообще, я уеду через несколько дней, и вряд ли я буду покидать это место в наручниках. И, когда я уеду, тебе не придется доставать свои единственный хороший костюм, чтобы прийти на мои похороны.

– Откуда ты знаешь, что у меня только один хороший костюм?

– Угадала.

Росс засмеялся, потом стал серьезным и посмотрел на Кейн.

– Ты помнишь, что ты сказала о том, что у стен есть уши?

– Да, не волнуйся. Росс. Я знаю, что я делаю. Можно задам вопрос? – Он отвернулся, чтобы посмотреть, не возвращается ли седан. – Почему ты говоришь мне все это? Ты же должен понимать, что если Кайл узнает, он прихлопнет тебя обвинением в содействии так быстро, что ты не успеешь и почесаться. Я знаю, как дорога тебе твоя земля, а он может отобрать ее у тебя.

– Потому что, этот парень мне не нравится. Мне все равно, что он может. Я просто не хочу, чтобы ты уехала, увезла Хэйдена и никогда больше не возвращалась. Мы столько в жизни упустили по своей же глупости, и я не хочу снова и снова повторять эти ошибки. Я хочу общаться с моим внуком и с тобой.

– Спасибо за эти слова. Не волнуйся. Мы с Хэйденом. вернемся. Кто знает, может он не захочет заниматься семейным бизнесом, а решит стать фермером.

– Конечно, а коровы как раз будут совершать свой вечерний полет над амбаром, когда мы вернемся домой. Этот мальчик идеализирует тебя, и выглядит он в точности как ты

Из всех людей в моей жизни он принес мне больше всего счастья. Больше, чем я заслуживаю.

Росс припарковался перед амбаром и выключил зажигание, пытаясь собраться с силами, чтобы задать еще один вопрос. Желание задать ею перевесило все остальное.

– Ты хоть когда-нибудь скучаешь по Эмме?

– А это имеет значение? Я хочу сказать, я не из тех женщин, которые будут плакать из-за того, что они не могут иметь. Я слишком взрослая, чтобы желать того, чего я действительно хочу, поэтому я просто пытаюсь жить с тем, что у меня есть. Этого достаточно. – Кейн похлопала его по плечу. Спасибо за отличный день. Мне было хорошо. Позови меня, когда привезут корм, и я помогу тебе его разгрузить.

Росс смотрел, как она идет к коттеджу. Ты умеешь избегать прямых ответов, когда хочешь, но то, что ты сказала, говорит о том, что ты все еще скучаешь по моей дочери. Что касается тебя. Эмма, я надеюсь, что ты извлечешь из всего этого максимальную выгоду. Когда он увидел Кэрол, он перестал улыбаться. Из-за ее хмурого лица ему захотелось провести остаток дня с Кейн.

Ну что ж, стоит надеяться, что мне повезет сегодня, и я переживу этот день, сказал он рулю, все еще не выходя из машины.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

– Где Хэйден? – Меррик и двое парней из охраны играли в покер, когда Кейн вошла в комнату, и, судя размеру пачки денег перед единственной женщиной. Меррик отлично с этим справлялась.