– Это бордо,– объяснил Нельсон, прежде чем наполнить бокалы. – Спросите, как его отличить? По бутылке. У нее четко обозначенные «плечи». А у бутылок для бургундского – покатые.

– Потрясающе. Наливай,– сказала Габи.

– Классическое «Каберне Совиньон» пахнет черной смородиной и выделанной кожей,– продолжал Нельсон. – По-твоему, какое на вкус это вино, а, Мел?

– Гм, виноградное.

– Вот было бы здорово, если бы «Хеллоу!» издавали и специальные свадебные выпуски,– мечтательно произнесла Габи. – «ОК брайд!» Представляете? Нет, их советы и предложения мне не нужны, зато можно было бы показать друзьям и родственникам, как ужасно выглядит праздник, если гости одеты кто во что горазд, и как они смотрятся рядом с людьми, которые постарались…

– Анисовое драже! – провозгласил Нельсон. – Невероятно! Лично я чувствую вкус анисового драже!

– Боже! Какой кошмар… – Габи хихикнула. – Может, тебе пора ограничить себя в выпивке?

– Ха-ха,– проворчал Нельсон.

– Что?

Я нахмурилась. Шуток Габи я никогда не понимала.

– Забудь,– сказал Нельсон.

Я отложила журнал.

– Габи, ты когда-нибудь слышала о принце Николасе Холленбергском?

– О принце Ники? Да, конечно,– ответила моя подруга.

– Ты переключилась на высшую аристократию? – спросил Нельсон, забывая, что преподает нам урок о винах. – Может, приклеишь к своей кофеварке герб?

Я проигнорировала его остроты и с любопытством поинтересовалась у Габи:

– А ты его откуда знаешь?

– В мой день рождения Аарон возил меня в «Нобу». Там был Ники со своими дружками. У него ужасно порочная улыбочка. – Габи поежилась. – Весь его вид так и говорит: «Взгляните, какой я дрянной!»

– Ага,– произнесла я. – Судя по всему, он известный гуляка.

Габи подмигнула

– Да-да, и это тоже. Во всяком случае, так говорят.

Я непонимающе посмотрела ей в глаза.

– Ты о чем?

– О том, что он большой жеребец. В маленьком табуне?– произнес Нельсон с серьезным видом.

– Что вы имеете в виду? – потребовала я, глядя то на него, то на Габи.

– Да так, ничего особенного. – Она усмехнулась и взяла второй журнал. – Как ты думаешь, подойдет для свадьбы тема «Лондон сквозь века»?

Нельсон не желал так быстро заканчивать разговор о Ники.

– Мел, не задумала ли ты принять в качестве клиента принца-плейбоя?

– Понимаете-

Я в двух словах рассказала о сегодняшней встрече с бабушкой, и Нельсон чуть не загавкал, выражая неодобрение.

– Даже не думай! Я серьезно! – Заладил он. – Даже не думай! Серьезно!

Габи отреагировала иначе.

– Вот здорово! – возликовала она. – Не отказывайся! Представь, сколько пойдет слухов! И как тебе придется наряжаться!

– Но ведь эти люди… Они все как один ненормальные! – негодовал Нельсон. – Мел в считанные дни и сама чокнется.

– Мел умеет сохранять власть над собой,– возразила Габи.

– Не спорю,– сказал Нельсон, бросив на меня беглый взгляд. – Но ведь это небезопасно: заставлять женщину, которая принимает все за чистую монету и смотрит на мир сквозь розовые очки, общаться с… с… развратником… мужчиной-мальчиком.

– Я сумею его приструнить,– сказала я. – И потом, вряд ли он захочет предаться разврату со мной.

Габи расхохоталась. Задрожали и губы Нельсона, отчего вся его суровость сошла на нет. Они нередко поднимали меня на смех. А я притворялась, что мне все равно.

– Я в любом случае буду вынуждена ответить согласием,– продолжала я. – Питер продает мой офис. Габи, мы нашли его через «Керл и Поуп». Можешь выяснить, сколько он будет стоить? Хотя бы примерно? Питер сказал, что готов продать квартиру мне и подождет месяц, это очень мило с его стороны, но мне понадобятся деньги, хотя бы для задатка.

– Собираешься выкупить офис? – спросил Нельсон. – Несмотря на то, что переезжаешь в Париж к Ремингтону Стилу?

– Ага,– подхватила Габи. – Он же хочет, чтобы ты была у него под боком, а потом ты вообще станешь миссис Райли-Ромни-Джоунс!

Оба вопросительно уставились на меня, и я смутилась.

– Вообще-то я еще не знаю, смогу ли позволить себе такую покупку. Но ведь ты сам повторяешь: вкладывать деньги лучше всего в лондонскую недвижимость! – Я посмотрела на Нельсона, и тут мне в голову пришла малоприятная мысль. – Или ты просто намекал на то, что мне давно пора съехать?

У меня кольнуло в сердце. Может, Нельсон всего лишь хотел заполучить другого соседа?

– Не болтай ерунды,– сказал Нельсон. – Может, тебе еще раз лекцию о закладных прочитать?

– Да, пожалуйста,– попросила я. – Джонатану я пока ничего не хочу говорить. Пусть это будет для него сюрпризом.

– Без проблем. – Нельсон нахмурился. – Послушайте-ка… в чем дело? Габи, как по-твоему, газом не пахнет?

Он был помешан на утечке газа. И все время твердил про отравление угарным газом при пожаре от взорвавшейся газовой плиты. Потому что смотрел слишком много передач в духе «Дома кошмаров».

– Нет, это не газ. – Габи скривила рожицу сосредоточенно принюхиваясь. – Это… У тебя что, новый лосьон после бритья?

– Нет! – выпалил Нельсон. – Я не пользуюсь лосьонами после бритья! Мне достаточно…

– Пены и воды. Как любому нормальному парню,– договорила за него я. – Мы знаем. Ты не раз нам объяснял.

– Тогда чем же это пахнет? – требовательно спросил он. – Мелисса, ты чувствуешь?

Я сделала глубокий вдох. К солоноватому запаху мореходных принадлежностей Нельсона и аромату моих свечей действительно примешивались новые, мускусно-цитрусовые ноты. Они напомнили мне о дискотеках в пятом классе, на которые к нам привозили целый автобус гостей-мальчиков, благоухавших одеколоном и гормонами.

– А, да… Гм… Понятия не имею, чем пахнет… А ты как думаешь, Нельсон?

Мы все, сидя в ряд, нахмурили брови и снова принюхались. Раздался стук в дверь.

– Откройте,– сказал Нельсон, поднимаясь. – А я пойду взгляну на запеканку.

Я подошла к двери и, когда открыла ее, отпрянула, потому что мне в нос ударила волна того же запаха, будто ветер Атлантики – вышедшему на палубу корабля.

– Здорво, Мел,– проворчал Роджер Трам– пет, шаркающей походкой проходя в комнату. – А, Габи. Привет.

Вы представить себе не можете, как я поразилась и обрадовалась, сообразив, что Роджер наконец признал лосьон после бритья. Меня сразила наповал и ямочка на его гладком подбородке – из-за щетины я раньше ее не видела.

Он был… почти красавцем.

– Роджер! – воскликнула Габи, кашлянув. – Господи! Что это у тебя?

– Джинсы,– растерянно пробормотал Роджер. – А что? Надо было выбрать другие?

– Они потрясающие! – сказала я, рассматривая его всего – с головы до пят. Ботинки, белую рубашку… – Все очень хорошо. Только, думаю, Габи спросила не про одежду…

– А-а. – Роджер улыбнулся. Улыбался он крайне редко, и, надо заметить, это ему очень шло. – Про мой новый аромат?

– Аромат? – Габи разинула рот. – Ты это так называешь?

– Роджер, ты просто неотразим! – заявила я, стараясь, впрочем, не выглядеть слишком изумленной, чтобы не обидеть Роджера: он ведь такой ранимый.

– Что происходит? – произнесла куда менее дипломатичная Габи. – У тебя появилась подруга?

– Вообще-то, раз уж ты так прямо спрашиваешь… Да, я познакомился с одной девушкой.

Мы с Нельсоном и Габи чуть не выронили из рук что кто держал.

Первым пришел в себя Нельсон.

– Ну и отлично, Родж,– похвалил он товарища. – А кто она? Мы ее, случайно, не знаем?

– Скорее всего, нет,– ответил Роджер.

Он прошел к дивану, снял новые ботинки и сел становясь чуть больше похожим на самого себя Я, хоть и была ошарашена, заметила, что в его носках нет ни единой дырочки. Такого не бывало за все пятнадцать лет нашего знакомства.

– А почему это «скорее всего, нет»? – спросила Габи. – Ты что, выписал себе невесту из Таиланда?

– Габи! – одернула я.

– А что? Не секрет, что некоторые поступают и так.

– Ее зовут Зара, она модель и официантка,– сказал Роджер. – Мы познакомились… совсем недавно.

Он замолчал, явно не желая посвящать нас в остальные подробности.

– Ты встречаешься с моделью и официанткой? – спросила Габи. Она взглянула на меня. – Мел, у меня такое чувство, что ты вот-вот превратишься в краба-гиганта. Потому что я будто во сне.