– Доволен собой, – скривив губы в омерзительной гримасе, произнес Скелли. – Я на твоем месте был бы осмотрительнее. Даже самые сильные иногда терпят поражение.
Тряхнув головой, Ник окинул нахала убийственным взглядом.
– Ты мне угрожаешь, Скелли? Не ходи вокруг да около. Если пожелаешь, мы сможем удовлетворить нашу обоюдную неприязнь, скажем, на рассвете при помощи пистолетов… Или тебе больше по душе сабли?
Ник знал, что Скелли не из тех, кто прибегает к благородной дуэли, когда у него возникают серьезные разногласия с другим мужчиной. Он из тех, кто предпочитает наброситься на врага в темном переулке и всадить ему нож в спину.
– Как всегда задаешься, думаешь, ты похож на настоящего джентльмена, – презрительно молвил Скелли, махнув в сторону Ника длинными, костлявыми пальцами. – То, что ты принимаешь у себя аристократов, еще не делает аристократом тебя. Когда гости уходят, ты остаешься таким же, каким был: вором и проходимцем, выросшим на улице.
– Если уж на то пошло, то он джентльмен, – с нескрываемым удовлетворением в голосе произнес Мак, – титулованная особа.
Смех почил скоропостижной смертью, когда Скелли по выражению Мака понял, что тот не шутит.
– О чем это ты?
Мак церемонно отвесил поклон в сторону Ника.
– Перед тобой настоящий граф по крови… граф Брукшир.
Ник нахмурился. Лучше бы Мак перестал нести этот вздор. Колфилд не горел желанием, чтобы о его делах знали посторонние, особенно такие дегенераты, как Скелли Фербанкс. Ник вырос в Уайтчепеле, поэтому врагов у него хватало. Чем меньше они знают, тем лучше.
– Ты граф? – Глаза Скелли округлились и полезли из глазниц, словно переспевшие ягоды. – Но ты вырос на улице!
– Отец меня не воспитывал, – передернув плечами, сказал Ник.
– Его манеры не напускное, – грубо расхохотался Мак. – Ник – подлинный товар!
– Граф по крови, – фыркнул Скелли.
Ненависть полированным мрамором сверкала в его глазах. Сутенер нервно махнул рукой в сторону людей за игральными столами.
– Мне следовало раньше догадаться, что ты один из них.
– Ты, как я погляжу, достаточно уже увидел. Не пора ли тебе уходить?
Хотя сказано это было в форме вопроса, сталь, посверкивающая во взгляде Ника, не оставляла никаких сомнений: это приказ.
Презрительно усмехнувшись, Скелли направился к выходу.
К Колфилду приблизилась Бесс с бутылкой в руке.
– Поосторожнее с ним. Жуткий мерзавец. Поговаривают, он избивает своих девочек, а одну даже убил, когда узнал, что она утаивает деньги.
– Он никогда в открытую не выступит против меня.
– Никогда, – согласился с другом Мак. – Побить женщину – это одно, а вот бросить вызов мужчине – совсем другое.
– Мне как раз это и не дает покоя. Если его оскорбить, он найдет способ поквитаться с тобой. – Бесс уселась на подлокотник кресла, в котором сидел Ник. Одна ее рука взъерошила мужчине волосы, пока другой она подливала ему в бокал бренди.
Ник отстранился, уклоняясь от нежелательных проявлений близости от нее, и раздраженно посмотрел на женщину. Бесс обиженно надула густо накрашенные губы. Поднявшись на ноги, она удалилась, распутно покачивая бедрами. В прошлом Нику эта ее походка весьма приходилась по вкусу.
– Любовники поссорились? – хмыкнув, спросил Мак.
– Мы не любовники.
– Даже так?
Мак со скептическим выражением на физиономии потер подбородок.
– Больше не любовники, – объяснил Ник. – Бесс стала излишне мне докучать, к тому же возомнила себе, будто имеет на меня монопольное право. Я не позволю этого ни одной женщине.
Мак проводил Бесс взглядом. Она оглянулась через плечо, чтобы удостовериться, что Ник обратил внимание на ее провокационную походку.
– Как по мне, Бесс еще надеется, что ты передумаешь, – сказал Мак.
– Мы никогда не придавали нашим отношениям особого значения, поэтому она быстро оправится…
Мак с легкой усмешкой оглядел Ника.
– И когда же это случилось? Вскоре после твоего возвращения из Оук-Рана, как я понимаю?
Ник пронзил компаньона острым взглядом.
– Какое отношение одно имеет к другому? Мы просто прискучили друг другу. Мы с Бесс неплохо повеселились, а теперь этому пришел конец.
– Ну, – хмыкнул Мак, – если бы Бесс знала, что причиной утраты интереса к ней является другая женщина, она, возможно, перестала бы тебя донимать…
– Нет никакой другой женщины, – с мрачным видом перебил его Ник. – Почему, если у мужчины пропадает интерес к одной женщине, то в этом обязательно повинна другая?
– Х-м-м… – с озорством сверкнув глазами, задумчиво произнес Мак. – Ты почти ничего мне не рассказывал о вдове брата. Как по мне, весьма странно. Насколько я понимаю, она лакомый кусочек… Так и представляю себе хрупкого белокурого ангелочка в черном одеянии…
– Ничего общего с Мередит, – хмыкнул Ник.
– Мередит, значит… Ну, рассказывай. Какая она из себя эта Мередит?
– Шатенка… Ну, не вполне… У нее рыжевато-каштановые волосы, особенно при солнечных лучах… – Под пристальным взглядом Мака он умолк и даже зажал рот рукой.
– Вижу, ты досконально изучил цвет ее волос.
– Она мне не интересна, – заверил его Ник, похоже, излишне пылко. – Она беременна. Я чувствую себя ответственным за ее судьбу. Вот и все! Она из тех чопорных аристократок, что обожают ходить в церковь. Такой женщине нужен под боком мужчина, который будет заботиться о ней.
Ник едва не закашлялся, произнося столь беспардонную ложь. Прежде он не встречал женщины, так мало нуждающейся в мужском покровительстве.
– Хочешь ее, так бери, – пожал плечами Мак. – Ребенку нужен отец. По-моему, пришло время остепениться и стать уважаемым членом общества.
– Какого дьявола тебе нужно?
– Ты не молодеешь, Ник, так что пора найти себе жену.
Подавшись вперед, Ник осмотрелся, словно искал кого-то в зале. Похоже, так и не найдя того, кого искал, он повернулся к Маку и вперил в него свой указующий перст.
– Вы не видали Мака? Черт побери! Я не знаю человека, рядом с которым сижу, – сказал он, а затем стукнул рукой по столу, разделявшему их, не обращая ни малейшего внимания на людей, которые глазели на него. – Что-то я не видел тебя с женой и кучей ребятни.
Глаза Мака округлились от возмущения.
– Со мной подобное не пройдет. Ни одна женщина не согласится выйти замуж за такого, как я. Некоторых мужчин нельзя сделать благовоспитанными членами общества.
– А меня можно?
Мак стал серьезным.
– Да, ты из таких.
– Ник, дорогой, – прервала их разговор Бесс. – Этот малый хочет с тобой переговорить.
Учитывая, какой поворот приняла беседа с Маком, Ник был только благодарен ей. Он оглядел джентльмена, стоящего за спиной Бесс, и невольно заморгал. Уж слишком ослепителен был цвет красного шейного платка незнакомца! Ник указал рукой на свободное кресло.
– Чем могу быть полезен вам, сэр?
Усаживаясь, джентльмен многозначительно взглянул в сторону Мака.
– Я предпочел бы переговорить с вами тет-а-тет, лорд Брукшир.
Ник приподнял брови.
– В присутствии мистера Свелла вы можете говорить вполне свободно. Мы с ним деловые партнеры.
Помахав расшитым кружевами носовым платком у себя под носом так, словно табачный дым в помещении ему претил, джентльмен сообщил:
– У меня личный разговор, а не деловой.
– Поскольку мы с вами не представлены друг другу, весьма сомневаюсь, что этот разговор может быть чересчур личным.
Глаза незнакомца сердито сверкнули.
– Разве у вас нет никаких личных отношений с леди Мередит?
Волосы зашевелились на затылке Ника.
– Кто вы? – требовательным тоном осведомился он.
– Меня зовут Адам Трембл. Я был близким другом вашего брата.
– Сводного брата, – счел нелишним поправить его Ник.
– Да, знаю, – отмахнулся от его слов мистер Трембл так, словно это не имело ни малейшего значения. – Недавно я познакомился с леди Брукшир.
– Вы утверждаете, что были дружны с ее мужем, но при этом никогда прежде не имели возможности свести знакомство с ней? – недоверчиво спросил Мак.
– Разумеется нет, – отрезал мистер Трембл. – Эдмунд ничего общего не имел со своей женой. Он годами с ней не виделся. – Взгляд джентльмена переместился на Ника. – Она забеременела не от Эдмунда.
Ник сильнее сжал свой бокал и, прищурившись, глядел на мистера Трембла.
– Вам лучше десять раз подумать, прежде чем утверждать такое. Не исключено, что Эдмунд навещал ее без вашего ведома. Нельзя же знать каждый поступок другого человека, какими закадычными друзьями вы бы ни были.