— Спасибо. Вам того же, — она сидела в своем кресле, ожидая пока он закончит.
— Это все, — он отпустил ее, и она медленно поднялась, чувствуя, как легкость наполняет ее тело, ей казалось, что она не шла, а плыла к двери.
— Еще одна вещь, — сказал Тобиас, как только она потянулась к ручке двери. — Вы не были на Рождественской вечеринке.
Она с недоумением взглянула на него. Мыслями, она еще не отошла от разговора.
— Нет, — она ответила. Почему он спрашивал?
— Это из-за документов Далтона?
— Я не присутствовала тем вечером, потому что мне не с кем было оставить Джейкоба. Это не связано с вашими обвинениями.
— Было бы наивно считать иначе.
— С Рождеством, Тобиас.
— С Рождеством.
Она выбежала из его офиса окрыленная. Когда девушка вошла в кабинет ее улыбка была шириной от уха до уха. Ее сын посмотрел на нее.
— Ты выглядишь счастливой, мамочка.
Ее жизнь изменилась, ее переполняло счастье от осознания того, что Бриони продлила контракт. Ей подарили идеальный Рождественский подарок.
— Так и есть, дорогой. Я очень счастлива. Поехали домой.
Тобиас был тем, кому женщины падали в ноги, слетались, словно мухи к меду. Но эта женщина, которая вовсе не гламурная, не искушенная, не обладающая жизненной мудростью заставила думать о ней.
Он мог бы поспорить, если он оденет ее в платье за пять тысяч от Диор, то с таким характером она будет чувствовать себя естественно и завладеет вниманием всех присутствующих. Его интерес к Саванне внезапно утроился.
Он потерял интерес к женщинам много лет назад, и считал, что находился в зоне безопасности от любой из них, а тем более сотрудницы, но сама идея того, что он думал о Саванне Пейдж, заинтриговала его.
Он словил себя на мысли, что думает о ней, хоть она давно уже покинула его офис.
Она была временная сотрудница, и даже напрямую не подчинялась ему. Он никогда не встречался с женщинами, которые работали на него, будь то штатные или временные.
У него была Наоми. До сих пор.
Его охватило предвкушение погони.
Саванна Пейдж вызывала такой интерес, как ни одна другая женщина. И уже один этот факт вызывал его любопытно. А когда Тобиасу Стоуну было любопытно, он утолял это чувство ...