На пару я конечно же опоздала, потому что из-за кое-кого, мне пришлось стоять на остановке пол часа, и еще столько же идти до нее, а потом еще и ехать, но это не самое ужасное что со мной могло произойти, сегодня.

Я постучала в дверь аудитории и толкнула ее, поняв, что преподавателя нет на месте, я направилась к свободному месту. Все очень странно смотрели на меня и перешептывались, но это не из-за того что я опоздала, или у меня, возможно, паранойя на фоне всего происходящего, в последнее время.

— Эй, Ермакова. — Послышалось сзади, и я обернулась.

— Эмм. мы знакомы?

В аудитории все начали тихонько хихикать, что до жути смутило меня.

— Конечно, ты что забыла наш вчерашний вечер? Мм? Знаешь, мы все здесь новенькие, но я не думал, что о тебе знают уже и старшекурсники. Наша ночь была ошибкой, детка. Я разочарован.

— Я не понимаю, — заявила я.

— Боже, она еще и тупая. — Услышала я, по левую сторону от меня. Все засмеялись.

— Так это правда? Я надеюсь, ты ничем не болеешь? — Спросил парень, сидящий позади меня.

— Да, о чем ты, черт возьми!?

— Говорят, ты даже с ректором, ради поступления, потому что ты на столько тупая, что иначе, было никак, а ты так хотела, так хотела. Фу, он же такой старый, представляю, как ты облизывала его дряхлый и вонючий член. — Парень вытащил свой язык и начал демонстрировать навыки его движения, это было мерзко, ну, по крайней мере, для меня, всех остальных это забавляло и смешило. Я встала и хлопнула рукой по столу, мое лицо налилось краской, уши "загорелись" от злости.

— Заткнитесь! — Крикнула я, и сразу обратила на себя внимание, всех. — Это второй учебный день, и мне плевать, кто распространяет эту грязную ложь обо мне. Это не правда и я не позволю испортить себе учебный год. — Пока я говорила — все молчали, но стоило мне закончить, как все сразу же рассмеялись.

— Что несет эта шлюха? — Крикнул кто-то, в аудитории. Я налилась краской и, казалось, сейчас взорвусь.

— Я тоже спал с ней, она полный отстой, ребята. — Сказал, какой то парень.

— Эй, я впервые вижу тебя, идиот!

К моему горлу уже подступала горечь и я думала только о том, как не разреветься у всех на виду и не показать свою слабость, люди любят издеваться над слабыми, я это знала и, поэтому, не хотела становиться в ряды слабаков. Больше не было сил, глаза застелило пеленой слез, и я быстро покинула аудиторию. Облокотившись на стену, пытаясь отдышаться и набраться сил, чтобы не заплакать, я закрыла лицо руками и сползла вниз по стене. В холле никого не было, и я позволила себе, слегка расслабиться, но когда я услышала смех, я убрала руки от лица и резко подскочила.

Буквально, в пяти метрах от меня, стоял Кирилл с какими-то подобными ему ребятами, вероятно, его дружки, такие же напыщенные и самодовольные. Они стояли и глазели на меня, при этом посмеиваясь.

— Эй, Кирилл, а ты то, сам ее опробовал? — Спросил один из них, переведя взгляд с меня на Романова.

— Ты спятил Рудаков? Говорят, что она настолько ужасна, что даже вызвала отвращение у ректора. Мне кажется, Иосифовичу даже бы с собакой понравилось.

Кирилл посмотрел на меня, и мои пальцы задрожали, глаза снова наполнились слезами, и я подошла чуть ближе к нему, взглянув в его глубоко бездушные зеленые глаза. Романов вытащил руки из карманов своих черных джинсов, и, сложив их у себя на груди, стал передо мной почти вплотную.

— Эй, брат, не подходи к ней так близко, возможно у нее уже целый букет заболеваний. — Произнес кто-то из парней, но я не обратила внимания на то, кто именно, потому что я смотрела на Кирилла, а он смотрел на меня и, казалось, это мог бы быть прекрасный момент, он здесь, такой красивый и смотрит на меня, только вот взгляд уже не такой, как раньше, искра погасла, остался только холод и лед. Я больше не знаю этого человека.

— Заткнись. — Ответил он парню, не отводя глаз, от меня.

— Я ненавижу тебя, — прошипела я, сквозь зубы, сдерживая подступающий к горлу, ком горечи.

Он ничего не ответил, эта сволочь ничего не ответила. Он просто ушел махнув рукой своим друзьям, хотя это выглядело больше, как "Эй, слуги. Идите за мной, нечего находиться так долго в обществе таких ущербных, как она"

Поразительно, у него есть "шестерки", теперь я уверена, что слухи в моей группе — его рук дело, а точнее языка, длинного, как у змеи. Если Романов имеет влияние на своих сверстников, то, с первокурсниками, ему еще проще. Сволочь, ну ничего, я еще покажу ему, кто такая Валерия Ермакова.

3

Впервые за два с половиной месяца, мы ужинали все вместе, даже Кирилл, который обычно ест, в своей комнате или в какой-нибудь забегаловке. Я не хотела выходить к столу, мягко говоря, я была не в настроении, но мама заставила. Вероятно, Кирилл ужинает с нами также не по своей инициативе.

— Ты не прикоснулась к еде, милая, что-то случилось? — Спросила мама, наливая томатный сок, в свой стакан, а я молча продолжала ковырять вилкой еду.

Слегка подняв глаза, я заметила, что Кирилл тоже не ест, конечно, зачем ему еда, он питается моей кровушкой, скотина.

— Как дела в университете?

— Эмм… — я сглотнула. — Все отлично. — Этот ответ прозвучал слишком сухо, что мне показалось, будто мама что-то заподозрила и мне уже нужно готовить какую-нибудь дурацкую ложь, по поводу того, как я не люблю математику.

— Ты уже познакомилась с кем-то? Я имею в виду, потенциальные друзья, а может быть парень? Мм? — Мама улыбалась и игриво толкала мою ногу под столом. — Ну же, Лера расскажи нам. — Продолжила мама и в этот момент раздался звон, это был Кирилл, который уронил вилку на каменную тарелку, мы все посмотрели в его сторону, но никто ничего не сказал. В общем, обстановка была накаленная. Время было нескончаемым, никого не выпускали из-за стола, пока все не закончат ужинать, а точнее моя мама и Владимир Николаевич. Я просто сидела и таращилась в одну точку, изредка поглядывая на Кирилла, который, кажется, был напряженнее всех в этой комнате. Перестав ковырять еду в тарелке, он начал стучать вилкой об нее, что издавало ужасный и с каждой секундой все более раздражающий звук.

— Да хватит уже! — Подскочив и швырнув свою вилку на стол, крикнула я и уставилась на Кирилла. Скорость сердцебиения набирала обороты, еще чуть-чуть и казалось, мое сердце выпрыгнет из груди, я чувствовала, будто, сейчас взорвусь или как минимум переверну этот стол с дурацкой пафосной едой, которой даже наесться невозможно, именно поэтому мы сидим за столом уже сорок минут.

Мама подскочила вместе со мной, она была явно напугана, ошарашена и слишком не довольна моим поведением, я видела это в ее серых глазах, наполненных какой — то странной печалью и будто, сожалением.

— Лера, все в порядке? У тебя какие-то проблемы, милая? Может что-то не ладится с учебой? Ты скажи, мы тебе поможем. Кирилл может позаниматься с тобой.

— Да, мама, ты знаешь, у меня проблемы, но я не хочу обсуждать это с кем-либо, кроме себя самой, потому что всем остальным на меня наплевать. — С каждым словом мой голос все сильнее надрывался и я решила, что пора замолчать. Я не имела в виду маму, говоря это, но кажется, я ее обидела, если бы она только знала, что я ни в коем случае, не имела в виду ее, тот о ком я сказала, прекрасно это понял, потому что в ту же секунду он ухмыльнулся и взглянул в мою сторону.

— Тебе смешно, идиот?

— Ну, давай же, расскажи нам, какие у тебя проблемы. — Кирилл, встал из-за стола и сложил руки на груди, как всегда, в последнее время. Я видела, как напряглись его мышцы на руках, вероятно, это сопровождалось внутренним напряжением. Он боится, что я настучу на него, идиот. Такое ощущение, что мы не то что, не дружили десять лет, а вообще познакомились сегодня утром.

Кирюха знал, что мне можно доверить любую тайну и я никогда никому о ней не расскажу, но сейчас проблема в том, что Кирюхи больше нет, есть Кирилл Романов, которого мне хочется придушить.

Я искоса взглянула на него и убежала с кухни, направившись к себе в комнату, мечтая закрыться там и никогда не выходить. Я бы укуталась в одеяло, слушала тихую музыку, своей любимой группы и читала "Великого Гетсби", но все это было по ту сторону реальности, потому что, открыв дверь, я так и не успела войти. Сильная рука ударила по двери, закрыв ее, а я оказалась прижатой к стене.