Или, по крайней мере, он будет таким с ней, даже если это его убьет.

– Шейн, ты можешь давать уроки о том, как удовлетворить женщину в постели, – со смехом сказала ему Риза.

– Нет уж, спасибо. Я получил свою долю связей на одну ночь. Обычно они не складываются так хорошо, – сказал он, моясь у раковины.

– Знаю, – вздыхая, сказала Риза. – Я свою долю тоже получила. Но, к сожалению, это все на что у меня есть время.

Он принес влажную ткань, сложил и провел у нее между ног, вызвав стон. До этой ночи, он никогда этого не делал, но у него было очень странное побуждение позаботится об этой женщине, самым простым способом. Это было так, словно все в ней взывало к нему и вызывало желание ее защитить.

Он положил большую теплую ладонь на ткань и прижал к ней. Она вздохнула от удовольствия, и он засмеялся. Это заставило его подумать о сотне разных вещей, которые он хотел бы с ней сделать, и заставить ее снова вздохнуть.

– Почему прямо сейчас здесь нет женщины, которая захотела бы выцарапать мне глаза? – наконец спросила Риза, удивленная его заботливостью, чувствительностью и тем, что он все еще умудрялся лукаво на нее смотреть, заставляя петь ее нервные окончания.

Он убрал ткань, свернул мячиком, бросил в раковину и рассмеялся, когда в нее попал.

– Очко, один оргазм есть, – сказал он, поворачиваясь к ней с улыбкой.

– И получишь еще один, – сказала она со смехом, – но ты так и не ответил на мой вопрос. Хотя, все в порядке, ты не должен.

– Я был занят превращением своей мечты в карьеру, и устал от длинноногих блондинок, чьих имен я даже не помню, – правдиво ответил Шейн.

– Что ж, нет ничего важнее, чем следовать за своими мечтами. Жизнь слишком коротка, чтобы этого не делать, – печально сказала Риза, думая о своей сестре и зяте, которые потеряли свою мечту, как только она стала реальностью.

Шейн услышал в ее голосе печаль. Он оставил включенным свет в ванной, так что мог видеть в ее взгляде, насколько искренней она была.

– Определенно, со мной ты прервал свое проклятие длинноногих блондинок. Потому, что я, максимально далека от этого архетипа. Я знаю, почему к тебе подкатила, но вот почему ты сказал мне «да»? – спросила она. – Я заметила, что тебя что-то сдерживало.

Шейн инстинктивно почувствовал, что честные ответы типа «я собирался сказать нет» или «А ты будешь со мной встречаться?», просто не позволят случиться его следующим двум оргазмам. Хотя, он рассчитывал на то, что окажется достаточно запоминающимся, чтобы получить ее номер телефона. Или, по крайней мере, узнает ее настоящее имя.

– Я хотел опробовать свою штангу в языке, а ты выглядела как женщина, которая скажет мне правду, – просто сказал Шейн, улыбаясь ее вопрошающим глазам. Ее глаза были очень, очень зелеными, как у кошки. И ему очень нравилось в них смотреть.

Ему так же нравилось, что в уголках ее глаз появлялись морщинки, когда она улыбалась. Она старше, решил Шейн, сейчас интересуясь ею сильнее, чем когда-либо. Он задался вопросом насколько старше. Это могло объяснить ее искренность и опыт. Он никогда не встречался с кем-то старше себя.

Риза посмотрела на потолок.

– Ну, обычно я говорю правду, потому что так проще. Так что, говоря правду…. Когда я к тебе подошла, то только тогда заметила насколько ты привлекательный, – призналась она. – Прости. Уверена, ты слышал это много раз. Могу только порадоваться своей удаче, потому что ты такой же милый, как и привлекательный.

Шейн наклонился и провел языком по одному бедру до самого таза.

– Тогда скажи мне сейчас правду, ты чувствуешь мою штангу в языке? – спросил он.

Риза кивнула в подушку.

– Конечно. Думаю, это приятно. Однако не уверена, что эта штука стоила того, чтобы терпеть боль, когда ты ее устанавливал. Она прикусила губу, когда он перестал ее облизывать и просто на нее посмотрел. – Прости, я не должна была этого говорить. Я часто бываю категоричной… временами слишком категоричной. Я не собиралась оскорблять твой выбор… украшений для тела.

Шейн в ответ что-то проворчал, что было типично для разочарованного мужчины, отчего Риза снова рассмеялась.

– Ты уверенна, что она не делает что-то особенное? – спросил Шейн, добавив голосу насколько возможно раненого эго.

Затем он снова над ней склонился, мягко раздвинул ее ноги и слегка лизнул внутри, заставив штангу в языке твердо прижаться ко всему, что встретил по пути вверх.

Риза приподнялась с кровати, ее сердце колотилось в груди в шоке от того, что с ней сделал Шейн, просто проведя языком.

Когда она встретилась с ним изумленным взглядом, Шейн не мог не нырнуть в ее тело, прямо там и тогда.

– Те два раза считаются, если внутри тебя находится что-то кроме моих пальцев или языка, – решительно сказал ей Шейн. – Просто хотел прояснить, до того как это зайдет слишком далеко и я отвлекусь на предварительные ласки.

Риза села, заползла к нему на колени и целовала его пока их языки не стали дико спариваться.

– Ты можешь обладать мной столько раз, сколько захочешь, пока я больше не смогу этого выдержать. И штанга в языке, это определенно горячо.

– Здорово. Это все, что я искал… а теперь скажи мне как к тебе прикасаться, – приказал Шейн, снова опуская ее на кровать и следуя за ней.

– Кажется ты не из тех парней, которым нравятся груди, но мог бы ты… о, да, так хорошо, – сказала она, когда его руки накрыли ее груди. – Ты заставляешь меня чувствовать себя маленькой, но… защищенной.

– Тогда мы одинаковы. Ты заставляешь меня чувствовать, что мой размер на самом деле ценное качество, – сказал ей Шейн. – Впрочем, независимо от размера женщины, это не всегда так.

– Как насчет этого? – спросил Шейн, проводя рукой по ее боку.

– Очень мило, – выгибаясь, сказала она.

– А так? – спросил он, обхватив руками ее задницу и приподнимая вверх.

– Отлично… особенно когда ты в середине… – она сделала паузу, осознавая, что сообщала ему больше, чем говорила любому другому любовнику. На самом деле больше, чем ее когда-либо спрашивали.

– Тебя? – спросил Шейн, заканчивая ее фразу.

К сожалению, пришла к выводу Риза, эта случайная связь, станет лучшим сексом в ее жизни. Просто ее везенье.

– Да, – наконец сказала Риза, зная, что запомнит их разговор, так же как и то, что с ней делал Шейн.

– А теперь назови мне самые чувствительные к поцелуям, три части твоего тела, – приказал Шейн.

– Шея, между грудями и … – Риза остановилась, потому, что немного нервничала, от того, как внимательно он слушал ее ответы.

– И? – подтолкнул Шейн.

– Мне нравится, когда целуют внутреннюю сторону бедер, – наконец сказала она, закрывая глаза.

– Я сделаю это, и помогу тебе найти другие места, – сказал он ей. – А теперь мы можем начать снова?

– Я думала, мы уже начали, – засмеявшись, сказала Риза.

– Нет. Это просто разговор. И к твоему сведенью, на этот раз я намерен все контролировать, – сказал Шейн, двигаясь вниз по ее телу.

Он прижал ее запястья по бокам тела, снова опустил лицо между ее ног, а затем понял, что это может быть в последний раз. Сильное желание взять ее без промедления, заклеймить, потребовать, чтобы она осталась, потрясло его.

Однако он заставил себя спокойно снова ее лизнуть, повторяя то же самое, что делал раньше. Вздрогнув, она приподнялась и выдохнула его имя, ее сердце снова дико забилось.

– Лучше оставить это на другой раз, – решил Шейн, выползая назад, прежде чем потерял здравый смысл. – Когда ты так сильно реагируешь, я начинаю терять рассудок. И это превращает меня в зверя.

– Шейн, тебе не нужно так сильно со мной сдерживаться. Я не хочу, чтобы ты замедлялся. Мне нужно, чтобы ты проживал этот момент вместе со мной, – сказала Риза, размышляя над тем, почему побуждала мужчину, возможно, ее разочаровать, после того, как он полностью ее очаровал.

Шейн был невероятно милый парень, если вы потрудитесь заглянуть за оболочку. Если бы у нее было больше времени, она бы изучила его тату, расспросила о семье, узнала бы кто он по гороскопу. Конечно, она понимала, что желание узнать больше, было не хорошо… совсем не хорошо. Однако ей действительно нравился этот здоровый, татуированный чудо-парень.