Глава первая. Семья


— С добрым утром.

Слова прозвучали еле слышно. Марти с трудом открыла сонные глаза, чтобы посмотреть на того, кто их произнес. Над ней склонился улыбающийся Кларк. Обычно, уходя на конюшню, он ее не будил. Женщина пошевелилась, потом потянулась. Она не понимала, зачем муж потревожил ее ни свет ни заря.

— Поздравляю с днем рождения!

Ах да, сегодня же у нее праздник. А Кларк всегда поздравлял ее первым. Марти натянула одеяло до самого подбородка. Ей хотелось вновь свернуться калачиком и уснуть, но она не могла не ответить на улыбку мужа.

— Неужели ты разбудил меня только для того, чтобы напомнить: милая, ты постарела на год? — поддразнила она его.

— Ну и что плохого в том, чтобы стать старше? По-моему, это здорово — особенно учитывая альтернативу, — пошутил Кларк в ответ.

Марти снова улыбнулась. Сон как ветром унесло.

— Быть может, это странно, — сказала она, приподнимаясь на локте, чтобы взъерошить седеющие волосы Кларка, — но я ничуть не грущу. Мне не кажется, что я стала хотя бы на день старше. Правда, я не выспалась, — добавила она задорно, — но при чем здесь старость?

Кларк рассмеялся.

— Ну, вообще-то я слышал, что с возрастом люди становятся раздражительными и капризными… — он не закончил фразу, и, чтобы в ней не осталось и намека на колкость, наклонился и поцеловал Марти. — Что ж, мне пора приниматься за работу… Поспи еще немного, если хочешь. А я приготовлю тебе завтрак — но, учти, только сегодня.

— Ни в коем случае, — быстро возразила Марти, — а то после твоей стряпни мне придется целый день прибираться на кухне. — И, словно бы извиняясь за свои слова, она погладила мужа по щеке. Случайный свидетель этой сцены сразу бы понял, что эти двое любят и заботятся друг о друге.

Кларк, посмеиваясь, вышел из комнаты, а Марти опять растянулась под теплым лоскутным одеялом (она сама его сшила). Торопиться было некуда: она успеет приготовить завтрак до того, как муж вернется из конюшни.

«Сегодня мой день рождения», — напомнила она сама себе. Марти не верилось, что она стала старше. Внезапно она подумала: а ведь у нее и впрямь было уже немало таких дней. Целых сорок два! Она еле слышно прошептала: «Сорок два», пытаясь осознать, что же это значит. «Забавно, но меня это нисколечко не волнует!» Да, сегодня она ничуть не переживала — не то, что в те дни, когда ей исполнилось тридцать и — особенно — сорок лет. Ох, как же ей не хотелось отмечать сорокалетний юбилей! Она считала, что в сорок лет ее тело будет выглядеть ужасно — и вот сейчас, в сорок два, на взгляд Марти, она ничем не отличается от себя тридцатилетней.

«Сорок два», — повторила Марти несколько раз. Однако вскоре ей это наскучило. Гораздо интереснее было думать о том, что готовит ей наступающий день. Сегодня у нее торжество, а это значит, что соберется вся семья. Ах, как здорово! Пока дети были маленькими, она устраивала для них праздники, но они выросли, и теперь пришла ее очередь принимать знаки внимания. В воскресенье за обедом Клэ напомнила, что в прошлом году званый ужин по случаю дня рождения матери устраивала Нандри. Сказать по правде, у Марти это совсем вылетело из головы: слишком много праздничных застолий она повидала на своем веку, — но, само собой, Клэ ошибиться не могла.

Поскольку нынешний день рождения Марти выпал на субботу, было решено, что семья соберется за обедом, а не за ужином. Виновнице торжества это пришлось по душе. Наконец-то они смогут всласть наговориться! Обычно им приходится выкраивать время для разговоров: то нужно дождаться возвращения детей из школы, то подоить коров, то срочно заняться хозяйством. А вот сегодня у нее будет полно времени, чтобы навестить близких и поиграть с внуками.

Марти предвкушала много радости от нынешней субботы. Женщина окончательно проснулась и, откинув одеяло, растянулась на краю кровати, повернувшись лицом к окну. Разгорался прелестный июньский день. Ночью прошел дождь, и, казалось, весь мир стал чистым и свежим. Какое чудесное время года! Воздух еще по-весеннему прохладен, но трава и деревья уже зазеленели — стало быть, наступило лето. Марти очень любила июнь. И вновь она с благодарностью вспомнила о матери, которая родила ее в этот восхитительный месяц.

Она задумалась о детях. Нандри… У старшей дочери Дэвисов уже была своя семья, дети. И надо сказать, Нандри прекрасно справлялась с ролью матери. Джош, муж Нандри, иногда поддразнивал жену, говоря, что у них детей — чертова дюжина, но она не обращала внимания на его шутки. Да, родная мать Нандри, их любимой приемной дочери, могла бы гордиться своей девочкой. А Клэ, вторая приемная дочь, сестра Нандри? Клэ и ее муж Джо… Клэ тоже обожала возиться с ребятишками, однако она — Марти это чувствовала, хотя дочь держала свои мысли при себе, — не хотела, чтобы их маленькая семья росла слишком быстро.

Джо и Клэ воспитывали дочку — малышку Эстер-Сью. Джо — он был пастор — мечтал продолжить учебу в семинарии. Марти и Кларк понемногу пополняли свою семейную копилку — собирали необходимую сумму для того, чтобы мечта Джо осуществилась. Дэвисы надеялись, что вскоре это станет возможным. Хотя, конечно, перспектива расстаться с зятем и дочерью на долгое время их не радовала.

Марти подумала о Мисси, и ее улыбка тотчас погасла. Как же она по ней скучала! За несколько лет разлуки она притерпелась к этой боли, но первое время так мучилась… Всем сердцем она стремилась к дочери. «Ах, если бы… если бы… — мысленно произнесла Марти, — если бы я могла поговорить с ней, пусть недолго, увидеть ее, обнять внуков, узнать, счастлива ли она, все ли у нее ладится». Но от этих «если» только разрывалось сердце. Мисси жила очень далеко — путь к ней занял бы много-много дней. Само собой, от этого желание увидеть дочь не ослабевало. И пусть Мисси родила не она — Мисси была дочерью Кларка и его первой жены Эллен, — Марти чувствовала, что она ее родная дочь во всех смыслах этого слова. Крошечная сиротка с личиком эльфа завоевала ее сердце и наполнила жизнь смыслом. Это была ее Мисси. Она привязалась к ней до того, как полюбила Кларка. «Как же я скучаю по тебе, доченька», — прошептала женщина, глядя в окно. Слеза скользнула по ее щеке и упала на подоконник. «Если бы только…» Заставляя себя успокоиться, Марти встряхнула головой, слегка пожала плечами и снова глянула в окно.

Во дворе стояли Клэр и Арни. Хотя рост и возраст братьев указывали на то, что они давно уже не дети, в них по-прежнему проглядывало что-то мальчишеское. Некоторые знакомые — те, кто не знал, что Мисси вышла замуж за Кларка будучи вдовой, — с удивлением отмечали, что братья очень уж отличаются друг от друга. Клэр все больше и больше походил на Клемма, своего родного отца, — тот был рослым мускулистым мужчиной, но при этом веселым и дурашливым, точно дитя. Темноволосый, с правильными, как у Кларка, чертами лица Арни вымахал выше Клэра. Несмотря на то что братьям случалось обмениваться колкостями и тумаками, они никогда не разлучались.

Клэр — он вообще любил почесать языком — рассказывал Арни о каком-то курьезе, свидетелем которому был вчера на вечеринке. В отличие от брата Клэр никогда не упускал случая поразвлечься. Арни рассмеялся, узнав о том, как оконфузился один из их соседей, но Марти слышала, что он несколько раз повторил: «Бедный старый Лоу! Бедный Лоу! Я бы на его месте провалился сквозь землю». Клэр, однако, не выказывал ни малейшего сочувствия к «бедному старому Лоу» — он простодушно наслаждался произведенным эффектом. Когда мальчики подошли к двери, Марти отвернулась от окна и начала неторопливо одеваться.

Она расчесала свои густые светло-каштановые волосы и уложила их в высокую прическу. Марти всегда втайне жалела женщин, у которых с возрастом начинали редеть волосы. Что ж, ей пока тревожиться не о чем. Сказать по правде, у нее и седых волос-то почти не было. Не то что у Кларка. Его виски побелели, да и на затылке пробивалась седина. «Но ему это даже идет — так он выглядит мужественно и благородно», — решила про себя Марти.

Она ненадолго задержалась у зеркала, закалывая шпильками волосы. Ее мысли, словно бабочки, порхали то туда, то сюда. День рождения — самое подходящее время для воспоминаний. Уложив волосы, Марти застелила постель и прибралась в комнате.

Она вышла из спальни и почти сразу же, на лестнице, почувствовала запах кофе. «Неужели Кларк все-таки решил приготовить завтрак?» Да нет же, ведь еще минуту назад она видела из окна, как он хлопочет у дальнего амбара. Марти потянула носом. Это определенно был кофе, причем свежего помола.