А несколько дней спустя ее покровительница баронесса Рооп, мамина тетушка, которая и пристроила ее в Смольный, внезапно умерла. Елене пришлось распрощаться с мечтами о блистательной петербургской жизни и возвратиться в родительское имение. Не только светлые надежды, но и сердце ее, плененное веселым гвардейцем, оказалось разбито. Поэтому Елена не противилась, когда отец объявил, что выдает ее за богатого и немолодого помещика Антона Борисовича Зайцева. Не все ли равно, этот или другой, если она уже никогда не встретится с тем кавалергардом?

«И зачем, зачем только я увидала ту, другую жизнь? – с горечью спросила себя Елена. – Я – как бедняк, которого завели в барские палаты, показали уставленный изысканными блюдами стол, дали подышать их ароматом, а затем отправили в людскую обедать пресным хлебом с постными щами. И самое странное, что никто в этом вроде бы и не виноват».


Имение помещицы Клеопатры Даниловны Тупицыной отстояло от Ловцов всего на пять верст. Дорога туда пролегала через небольшой лесок, в котором от частой вырубки деревьев сделалось довольно светло и просторно. Этот лесок, спускавшийся одной стороной к живописной излучине Днепра, являлся излюбленным местом верховых прогулок Андрея. Поэтому на другое утро после известия о смерти жениха Лиза велела оседлать свою белую лошадку Артемиду и направилась туда.

В этот день Лиза впервые надела новую амазонку, выписанную из Москвы. Костюм выглядел довольно экстравагантно и должен был произвести впечатление на романтически настроенного соседа. Облегающий жакет из темно-синего бархата, юбка сапфирового цвета, небольшая черная шляпа мужского фасона, за которой развевалась невесомая дымчато-синяя вуаль, высокие кожаные перчатки и элегантные ботинки – все было изготовлено по высшему классу и смотрелось безукоризненно. Правда, этот наряд не очень подходил для незамужней девушки, и местные дамы непременно осудили бы Лизу за него. Но мадемуазель Безякина отнюдь не относилась к тем, кто трепещет перед судом провинциальных кумушек.

Выехав на просторную поляну, Лиза придержала поводья и осмотрелась. Увы, ее дорогого Андрея здесь и в помине не было. Зато она сразу заметила незнакомого всадника на гнедой лошади. В настоящий момент его лошадь стояла к Лизе задом, и поэтому он не видел ее. Однако сама она прекрасно рассмотрела его и вскоре окончательно убедилась, что видит этого человека впервые.

«Хм… Странно. Кто же это такой?» – озадаченно подумала она.

Судя по добротному, хорошо сшитому светло-серому костюму для верховой езды, незнакомец приехал из Москвы или даже из самого Петербурга. Возможно, он приходится родственником кому-то из соседей… И вдруг Лиза поняла по его позе, что он в кого-то целится. А ведь именно здесь в лесу она не раз встречала хорошеньких белочек, прыгающих по веткам.

Все внутри Лизы задрожало от негодования и страха за жизнь несчастного зверька, которого заезжий франт решил убить ради забавы. Просить незнакомца остановиться было поздно, к тому же он находился слишком далеко. Оставался единственный способ помешать его намерениям, и Лиза без колебаний воспользовалась им. Вытащив из-за пояса небольшой дамский пистолет, она порывисто вскинула руку и выстрелила в воздух.

Против ожидания выстрел оказался оглушительным, и на несколько секунд у Лизы заложило уши. А в следующий момент она испуганно выронила пистолет. Лошадь незнакомца, видимо, не привыкшая к оружейной пальбе, протяжно заржала и взвилась на дыбы, едва не сбросив седока. А затем рванулась с места и понесла. Похолодев от ужаса, Лиза с волнением следила за тем, как всадник пытается справиться с обезумевшим животным. Но, по-видимому, тот был достаточно опытным наездником, так как очень скоро лошадь присмирела и перешла на шаг.

Перегнувшись через седло, незнакомец подхватил с земли слетевшую шляпу, развернул лошадь в сторону Лизы и на какое-то время неподвижно застыл на месте, словно раздумывая, что предпринять дальше. А потом вдруг натянул поводья и стремительно понесся прямо на девушку. Угрожающее выражение лица всадника не оставляло сомнений, что он собирается учинить нешуточную расправу над виновницей своих неприятностей. Поэтому, не долго думая, Лиза тоже развернула Артемиду в противоположную сторону и помчалась вперед во весь опор.

Привыкшая с детских лет к верховым прогулкам, Лиза была неплохой наездницей, однако неудобное дамское седло мешало ей развить хорошую скорость. Спустя какое-то время она заметила, что расстояние между нею и преследователем неумолимо сокращается. Необходимо было отыграть хотя бы пару минут. Девушка заметила, что впереди от главной дороги отходит малоприметная тропинка. Пригнувшись к крупу лошади, чтобы не вылететь из седла на повороте, Лиза направила Артемиду по этой тропинке.

Обернувшись минуту спустя, она с торжеством обнаружила, что незнакомец не разгадал ее маневра и на полном скаку пронесся мимо поворота. Пока он разворачивал лошадь, время было упущено, расстояние между ним и Лизой снова увеличилось.

– Слава Богу, теперь он меня не догонит! – облегченно выдохнула она.

И тут, к ее непередаваемому отчаянию, Артемида остановилась как вкопанная перед невысокой деревянной изгородью, преграждающей спуск в заросший овраг. Не веря, что все закончилось так плачевно и нелепо, Лиза с надеждой огляделась. Но тщетно: впереди путь преграждала глубокая балка, а слева и справа тропинку окружали непролазные заросли дикой малины. Оставалось стоять и смотреть, как преследователь с каждой секундой приближается. Наконец он поравнялся с Артемидой, резко осадил лошадь и, выхватив повод из рук Лизы, с торжеством прокричал:

– А, попались, негодница! Ну, теперь-то уж я с вами рассчитаюсь!

Жалкий самоуверенный франт! Он не учел, что провинциальные барышни – это не столичные неженки, падающие в обморок при первых признаках опасности. И за это немедленно поплатился: не успел он опомниться, как Лиза выхватила из-за пояса хлыст и ударила его по руке.

От неожиданности незнакомец выпустил повод Артемиды, и Лиза тут же натянула поводья, чтобы снова пуститься наутек, но… предательница Артемида не тронулась с места. Короткая задержка оказалась роковой. Незнакомец соскочил на землю, и, не успела Лиза опомниться, как он рывком вытащил ее из седла и поволок к изгороди.

– Что вы делаете?! Господи, вы с ума сошли! Отпустите меня немедленно! Слышите?!

Лиза отчаянно вырывалась, но силы были неравные. Убедившись наконец в бесполезности борьбы, девушка перестала трепыхаться и с тревогой уставилась на незнакомца.

Теперь, когда они стояли совсем рядом, лицом к лицу, она получила возможность рассмотреть его получше. Он был почти на голову выше ее, хорошо сложен и на первый взгляд недурен собой. Его темные волосы слегка вились, образуя красивую линию над высоким благородным лбом. Черты лица были довольно тонкими; из-под черных, разлетающихся бровей недобрым огоньком поблескивали пытливые серые глаза. Пожалуй, если бы не надменность, сквозившая в выражении этих глаз, его можно было бы назвать даже красивым. Но сейчас Лизе было безразлично, красавец он или урод, так как она испытывала к нему только страх и глубокую неприязнь.

– Итак, мадемуазель, я требую объяснений вашему чудовищному поступку, – грозно произнес незнакомец, отступая на шаг. – Быстро признавайтесь: зачем вы выстрелили и напугали мою лошадь?

Прочитав про себя короткую молитву, Лиза вскинула голову и отважно взглянула на противника.

– Я сделала это, чтобы помешать вам убить белку. Я не могла допустить, чтобы вы ради пустой забавы отняли жизнь у беззащитного зверька.

– Что? – переспросил он, словно не веря своим ушам. – Вы хотели помешать мне застрелить белку? И ради этого едва не угробили меня самого?

– Я не хотела этого! Боже мой, да откуда же мне было знать, что ваша лошадь так пуглива?! Поверьте, если бы у меня была другая возможность помешать вам, я не стала бы стрелять. Но вы, как назло, находились слишком далеко и вряд ли услышали бы мой крик. Простите, ради бога, что все так… нехорошо получилось. – Лиза постаралась придать своему лицу выражение искреннего раскаяния и кротко улыбнулась. – Право же, мне очень жаль…

– Ей жаль! – незнакомец окинул ее возмущенным взглядом. – Нет, вы только послушайте эту милую барышню! Ей жаль, «что все так нехорошо получилось», – язвительно передразнил он. – А не кажется ли вам, дорогая моя, что ваши извинения несколько запоздали? Вам следовало принести их сразу, а не вынуждать меня гоняться за вами по всему лесу.