Руки Люка повторяли маршрут, проложенный его губами, его языком. Он поцеловал ее как раз над линией трусиков. Затем спустил их.

О Боже! Все недавние тревоги и волнения смыла волна желания. Айви хотела чувствовать на себе его руки, его рот, она хотела, чтобы он накрыл ее своим телом. Она хотела его всего. Хотела, чтобы он наполнил ее.

– Люк, я не могу… – Она попыталась перевернуться. Он прижал ладони к бедрам Айви, удерживая ее на месте.

– Чего ты хочешь, принцесса? Скажи мне. – Губы его прикоснулись к ее копчику. Ее словно обожгло пламенем. Огненная дорожка бежала вниз.

Айви свела бедра. Между ногами разгоралось пламя. Ничего не помогало.

– Я хочу, чтобы ты в меня вошел!

– Раздвинь ноги.

Отметая возможные возражения, Люк сам развел ее ноги. Затем взял ее за бедра и потянул на себя так, что она оказалась на коленях.

– Черт, ты вся течешь.

Он был у нее за спиной и смотрел на нее. Айви схватилась за края простыни. Такого возбуждения она еще никогда не испытывала.

– Люк, – взмолилась она. Что он будет делать?

Ей не пришлось долго ждать. Вначале ее коснулся его палец, затем его язык. Айви вздрогнула всем телом. Она заерзала и застонала. Кажется, она умоляла его о чем-то. Но все это было не важно, важным было лишь то, что она чувствует. То, что она чувствует Люка. Внутри все свело в один мучительный тугой ком. Потом все это прекратилось.

– Хорошо тебе?

Она едва ли не выкрикнула:

– Да! – И услышала, как он разрывает пакетик с кондомом.

Вернувшись, он вошел в нее. Глубже. Еще глубже. Айви услышала, как он судорожно выдохнул, выходя из нее. Медленно.

– Ты мучаешь меня! – Она вильнула попкой.

– Да, черт возьми! Ты классно кончишь. – Люк снова скользнул в нее. Медленно.

– Слишком медленно. – На ее глаза навернулись слезы. Слезы раздражения и обиды. Ей было наплевать. Она толкнулась назад. Ему навстречу. На него.

Люк крепче сжал ее бедра.

– Не балуйся, детка. Бери то, что тебе дают. Идет? – Он провел ладонью вверх по ее бедру и вдоль спины.

С нее было довольно игры. Айви дождалась, когда он войдет в нее глубоко, и плотно сжала бедра, напрягла все мышцы – от бедер до влагалища.

– Черт! – прорычал Люк. Он вышел из нее и снова наполнил ее собой. Резко. Глубоко. Вышел и спросил: – Можешь его принять?

– Да. Еще. – Она хотела его всего. Хотела его отчаянно. Он снова толкнул себя в нее, и Айви совсем перестала думать и слышать. Она лишь чувствовала. Чувствовала Люка. Она поднималась все выше, и когда наступил ключевой момент, Люк обвил рукой ее талию и накрыл своим телом, словно принимая в себя спазмы, сжимавшие ее тело. Айви продолжала вздрагивать, когда он вошел в нее и кончил, тяжело дыша ей в ухо.

Люк вышел из нее, перевернул ее на спину и накрыл своим телом. Заглядывая в ее глаза, он сказал:

– Ты чертовски вероломна, принцесса.

Айви улыбнулась ему.

– Ты жалуешься?

Люк опустился на локтях, целуя ее.

– Это комплимент, а не жалоба.


Люк протянул Регине чашку кофе. Лицо ее было немного бледнее обычного, глаза усталые.

– Регина, что ты нашла по Дирку Кемпбеллу?

– Два письма по электронной почте. В одном он спрашивает, не продам ли я статуэтки. В другом пытается убедить меня продать ему статуэтки и просит мой номер телефона.

– И ты дала ему свой номер?

– Нет. Ты думаешь, это он?

Люк покачал головой.

– У него статуэток нет, но он стремится их получить. Очень стремится, и это может серьезно осложнить дело. Я должен узнать о нем как можно больше.

Айви в это время закончила говорить по мобильному телефону и включила компьютер.

– Ли собирается дать в эфир интервью и записанное на пленку шоу. Марла так и не вышла на работу.

Люк кивнул. Им предстояло выяснить, что там с Марлой, но отчего-то он был уверен, что на работу сегодня она не выйдет. Поскольку Люк ни за что не хотел упускать Айви из виду, он почувствовал облегчение, когда узнал о ее решении взять отгул.

Регина покачала головой, опустив глаза.

– Надо было мне лучше охранять статуэтки. Если мы не обнаружим их в ближайшее время, кто-то еще может погибнуть. – Она посмотрела на Люка. Регина обращалась к нему одному, словно других людей за столом не было. – Всякий раз, когда статуэтки кто-то крал, погибали люди. И так продолжалось, пока их не возвращали владельцу. Может, я и эгоистка, но нельзя больше откладывать турне.

И Люк, и Регина хорошо знали, что порой вещи получают власть над судьбами людей. Люди гибли, стремясь овладеть сокровищами, но сами сокровища продолжали существовать, переживая одно поколение за другим.

– Я думаю, что мы уже почти у цели. Нам только надо найти Марлу и Пирса Джордана.

– Я пыталась связаться с Пирсом сегодня утром, – сказала Регина. – Он не ответил ни на мой звонок, ни на электронное письмо, которое я ему отправила. В офисе мне все время говорили, что он занят с клиентом и не может взять трубку. – Регина поджала губы и добавила: – И все-таки я не верю, что он причастен к краже. Возможно, это статуэтки ослепили меня, и я не вижу того, чего не хочу видеть.

– Ах, вот оно что, – протянула Мэллори. – Вы хотите Пирса, а он вас не хочет.

– Мама! – Айви укоризненно посмотрела на мать, оторвав взгляд от экрана ноутбука.

– Все в порядке, она права, – сказала Регина. – Я смирилась с тем, что Пирс может предложить мне лишь дружбу. Ему нравятся женщины более молодые и более сексуальные. Преподаватели колледжа средних лет не в его вкусе.

Айзек впервые подал голос:

– Тогда он просто дурак. Женщина его возраста несравненно интереснее. Точно так же, как мужчина вашего возраста куда интереснее, чем глупый мальчишка, с которым только в игрушки играть.

Мэллори резко повернула голову в сторону Айзека, сидящего у дальнего края стола.

– Ты лицемер и ханжа.

Айзек скрестил руки на груди.

– А ты испуганная маленькая девочка. Я теряю терпение. Мне начинает казаться, что тебя пора хорошенько отшлепать.

Люк потер лоб.

– Прекратите. – Он не хотел думать о том, как Айзек будет шлепать мать Айви. И хотя ощущать под ладонью попку Айви было приятно, и еще как, он не стал бы ее шлепать, даже если бы то была просто маленькая сексуальная игра… Черт! Надо уметь правильно расставлять приоритеты. Концентрируйся на работе. На деле, а не на Айви. Господи! Секс с ней спровоцировал у него размягчение мозгов.

– Айви! – возмущенно вскричала Мэллори. – Ты слышала, что он сказал? И ты после этого продолжаешь думать, что я должна с ним встречаться?

Люк повернулся к Айви. Интересно, что она ответит?

– Айзек тебя любит, – назидательно сказала Айви, глядя на мать. – Он не твой отец. Он никогда не поднимет на тебя руку. – Айви повернулась к Айзеку и, грозно посмотрев на него, добавила: – Потому что, если он тебя обидит, я его убью. А теперь вы оба заткнитесь, пожалуйста. От вас у меня голова разболелась.

Люку захотелось стащить ее со стула и усадить к себе на колени. Айви очень любила свою мать, но она не обманывалась на ее счет.

И все-таки каково это, когда тебя любят, невзирая ни на что? Любят вопреки всему? Даже если ты недостоин этой любви? Черт, он опять сползает куда-то не туда. Люк повернул голову к Регине.

Но Регина пристально смотрела на Мэллори. – Вы явно находитесь под влиянием статуэток, но боретесь с этим влиянием. Господи, это просто невероятно. Вы все трое попали под их заклятие. Айзек – нет. Его страсть уже давно лежит на поверхности. Но вы трое, – Регина обвела взглядом Мэллори, Айви и Люка, – вы все просто вибрируете от страсти. И это несмотря на то, что вы находились в поле статуэток совсем недолго. Превосходно!

Люк назвал бы это явление похотью, а не заклятием. Однако он предпочел промолчать. Регина жила ради этих статуэток, поэтому ее стремление обнаружить как можно большее количество людей, испытавших на себе влияние этих нефритовых богинь, было вполне объяснимым.

– Вернемся к Джордану. Он достаточно умен и проницателен, чтобы суметь дергать за нужные нити. Он вполне может быть в этом деле кукловодом. Его нельзя сбрасывать со счетов.

Айви нахмурилась и, оторвав взгляд от экрана, спросила:

– Если Пирс уговорил Марлу нанять Трипа, чтобы тот украл статуэтки, зачем ему было убивать Трипа? Можно было просто расплатиться с ним. Каждый остался бы при своем, и никаких жертв.