– Мне нужно идти работать.

Но не успела я сделать и шага, как он схватил меня за предплечье и резко дёрнул назад, так, что я больно ударилась рукой о поручень. Стоявшие перед нами люди обернулись на шум, но Макс уже отпустил меня и делал вид, что он вообще не при делах.

– Ногу подвернула, – промямлила я со смущённой улыбкой. Но внутри меня бушевал ураган. С чего он взял, что может так со мной обращаться? Кто он вообще такой? Неужели он решил, что вчерашняя наша близость даёт ему право так себя вести по отношению ко мне?

– Даже не вздумай сбежать, – тихо сказал мне Макс на ухо, когда внимание впереди стоящих к нам ослабло.

Я едва себя сдерживала, чтобы не наорать на него при всех присутствующих. "Ну, ничего, сейчас мы поднимемся наверх, и я ему все выскажу", – решила я, и стиснув зубы стала ждать пока мы доедем до конечной.

Как только двери лифта раскрылись, Макс легонько толкнул меня вперёд, сказав:

– Выходи.

Я вышла и, не дожидаясь, пока лифт уедет назад, гневно спросила:

– Какого черта ты себе позволяешь?

Но он, кажется, не собирался выслушивать мои претензии, схватил за руку и дёрнул, притягивая к себе, другой рукой схватил за затылок и впился в губы поцелуем, вызывая электрический разряд, волной проходящий по моему телу. Я разозлилась ещё больше, то ли от его поступка, то ли от своей реакции на него, и изо всех сил оттолкнула Макса от себя, с возмущением крикнув:

– Да что ты делаешь?!

– Я собираюсь трахнуть тебя, – ответил он, снова приближаясь ко мне на расстояние вытянутой руки.

– Что? – моему возмущению не было предела, – Даже не думай...

Но ему было плевать на то, что я там говорю, он схватил меня за ноги, подняв вверх, и отнёс за угол в неосвещённый коридор, не обращая внимания на мои попытки вырваться из его рук. Там он поставил меня на ноги и тут же полез обеими руками под мою блузку, хватая и сжимая мое тело ладонями.

– Не смей меня трогать, – шипела я на него, зажатая между его мощной фигурой и стеной, но все мои попытки были тщетны.

Его руки дошли до моей груди, тиская и больно сжимая ее, теперь мне все это уже на самом деле не нравилось, вдруг нахлынули воспоминания о том вечере десятилетней давности, когда его дружки пытались изнасиловать меня. Тогда я чувствовала себя такой же беспомощной как сейчас. Слезы брызнули из моих глаз. Я из последних сил начала бить кулаками в его грудь, со словами:

– Не трогай меня! Не трогай меня!

Увидев мои слёзы, Макс тут же отступил, растерянно глядя на меня:

– Все, все, я не буду, не буду, – говорил он, подняв вверх ладони, – Прости, я не хотел обидеть тебя.

– Не хотел обидеть? – переспросила я со злостью, – Ты хотел изнасиловать и не хотел обидеть? Это как?!

– Я не насильник, Лера, – испуганно сказал он.

– Да неужели? – спросила я с сарказмом, – А что тогда сейчас было?

– Я думал, у нас такая игра, – пожал плечами он, – Ты типа такая недотрога...

– Что? – возмутилась я, – Ну ты и придурок!

Поправив блузку, я быстрым шагом пошла по коридору к лифту и нажала копку вызова. Слезы лились из глаз, я тщетно пыталась их остановить.

Я услышала, как сзади тихо подошёл Макс:

– Лера, прости – сказал он виноватым тоном, – Я правда не хотел.

– Вчера мы совершили большую ошибку, – сказала я, вытирая слезы, – Пожалуйста, давай забудем об этом. И не приближайся ко мне больше!

– Я же знаю, что ты тоже хочешь меня, – разозлился он, – Ты себя можешь обмануть, но меня не обманешь!

– Да как ты не понимаешь, что я не свободна! – повернулась я лицом к Максу, и слезы по новой навернулись на мои глаза, – У меня муж есть и дети! И я не могу вот так!

– Я все понимаю, – с болью в голосе ответил он, вытирая мои слёзы, – Но я ничего не могу с собой поделать. Я схожу с ума по тебе.

Я не поверила своим ушам. Глядя ему прямо в глаза, я пыталась различить нотки обмана, хитрости, насмешки, чего угодно, но он смотрел прямо, искренне, не отводя взгляд. Неужели, то, что он сказал, правда?

Приехал лифт, открылись двери, и пустая кабина поманила меня внутрь. Я уже собиралась шагнуть внутрь, как Макс наклонился и прикоснулся нежным поцелуем к моим губам. Потом ещё раз. И ещё. Я хотела остановить его, но медлила. Я думала, вот сейчас, сейчас, еще немного, и я его остановлю. Тем временем его нежные поцелуи опустились на мою шею, вызывая во всем теле сладкую дрожь, а его руки снова стали расстёгивать пуговицы на моей блузке, медленно, одну за другой. Покончив с пуговицами, он снова стал прикасаться ко мне под блузкой, но на этот раз осторожно и ласково. Обняв меня, расстегнул сзади застежки на моем бюстгальтере, освобождая грудь, наклоняясь и целуя ее, а я все не могла сказать "Стоп", плавясь под его ласками, словно шоколад на солнце. Он медленно поглаживал мою кожу, едва касаясь ее пальцами, прикоснулся губами к соску на правой груди и с силой втянул его в себя, и я не смогла сдержать стон. Я возбудилась до предела, чувствуя как желание распирает меня изнутри, между ног стало жарко и влажно, но Макс будто специально оттягивал момент проникновения, он не спешил, и это сводило меня с ума. Я готова была уже умолять его войти в меня, а он будто только этого и добивался. Словно прочитав мои мысли, поцеловав мочку моего уха, он спросил:

– Я смотрю, ты лучше сгоришь от желания, чем попросишь трахнуть себя, да?

Его возбужденный шёпот ещё больше раздразнил меня, я ничего не ответила, лишь страстно целуя его в губы.

– Ну же, попроси меня, – приказал он.

Попросить? О нет, попросить его, значит признать, что я тоже хочу эту связь. Одно дело, когда он берет меня, почти силой, и совсем другое, когда я прошу. Это значит, что я осознанно изменяю своему мужу.

– Наверное, нам не стоит этого делать, – тихо промямлила я.

– Что?! – посмотрел на меня Макс, удивлённо сдвинув брови, – Ну ты даёшь! – пробурчал он, разворачивая меня к себе спиной, задирая юбку и стягивая трусы. Меня всю затрясло от пика возбуждения, казалось ещё чуть-чуть и я взорвусь. Лязгнула пряжка от ремня Макса, и в следующее мгновение я почувствовала, как он резко входит в меня, заставляя вскрикнуть от ощущений. Секс был быстрым и интенсивным, уже через пару минут я закричала от мощного оргазма, и Макс зажал мне рот рукой, продолжая толчки, и тем самым продлевая мое удовольствие. Через несколько секунд он и сам пришёл к финишу, крепко сжав руками мои бёдра, так, что я испугалась, не останутся ли там синяки. С минуту мы с ним обнимались, восстанавливая дыхание, и я не могла думать ни о чем, кроме полученного удовольствия. Отдышавшись, Макс надел назад мои трусы, опустил на место юбку, развернул меня к себе и стал застёгивать блузку, возвращая все как было. Я почувствовала, как из меня вытекает его сперма, вот уже второй день подряд он кончает в меня, не задумываясь о последствиях, и тихо порадовалась, что я принимаю контрацептивы. Закончив приводить меня в порядок, он вызвал лифт и застегнул свои брюки, не забыв про ремень.

– У тебя тушь размазалась, – сказал он, проводя пальцами по моим векам.

– Макс, – произнесла я его имя, удивляясь, насколько приятно оно звучит, – Это все так неправильно.

– Молчи, – сказал он, подталкивая меня в раскрывшиеся двери приехавшего лифта, – Если не хочешь, чтобы я ещё раз трахнул тебя прямо в лифте.

Я почувствовала, как мое лицо заливает краска, и больше не смогла выговорить ни слова.


Когда я вернулась в свой кабинет, Мила тут же строго спросила меня:

– Ты где была? И почему так долго?

– Извини, Мила, мне стало плохо, и я была в туалете, – озвучила я заранее заготовленную ложь.

– Что с тобой? – заволновалась она.

– Не знаю, может, отравилась, – ответила я печально.

– Так поезжай домой, – предложила Мила, – Все равно работы сейчас нет.

– Спасибо, пожалуй, я и правда поеду, – согласилась я.


Сев в свою машину, я опять вдавила газ в пол, вылетая с парковки на дорогу. Для пробок было ещё рано, и дому я долетела за считанные минуты. Муж обещал забрать детей из садика, поэтому я, не беспокоясь об этом, поднялась домой и приняла душ. Стоя под струями тёплой воды, я нещадно терзала себя упреками. Устав от самобичевания, взяла мочалку, и начала отмывать с себя такой приятный запах Макса. Что же мне делать? Как остановить это безумие? Самое страшное то, что останавливать это мне хотелось все меньше. Еще никогда я не чувствовала себя такой сексуальной и желанной, никогда не получала такого удовольствия от секса. Едва закрыв глаза, в моей голове сразу возникали моменты нашей близости, его губы, глаза, прикосновения. И от этих мыслей моя кожа вновь покрывалась мурашками.