Пенни ВИНЧЕНЦИ

ЖЕСТОКИЙ РОМАН

ТОМ 2

Глава 18

1967

— Пандора, посмотри, вот книга Джо.

Хлоя катила коляску с дочерью по Кингз-роуд, не отрывая глаз от ребенка Прохожие ласково улыбались ей. Да и как было не улыбаться, если малышка то и дело высовывалась из коляски и весело смотрела на всех.

Она была такой милой, беззаботной, очаровательной, с длинными ресницами и темными кудряшками Все, даже бабушка Каролина и оба дяди — Тоби и Джолион, находили ее восхитительной Пирс стал внимательным и заботливым отцом. Он часто делал то, о чем раньше и подумать не мог, — купал Пандору, читал ей на ночь сказки и даже иногда менял пеленки Хлоя немного успокоилась и стала увереннее, понимая, что дочь изменила к лучшему их семейную жизнь.

К светской жизни Хлоя стала теперь относиться терпимее, успешно справляясь с обязанностями по дому в Беркшире и чувствуя себя хозяйкой в новом доме, купленном Пирсом в Лондоне, неподалеку от площади Монпелье. Однако интимные отношения с ним огорчали Хлою, ибо Пирс оставался для нее загадкой. Он часто говорил ей о любви, но никогда — о своих надеждах и чаяниях. Казалось, он испытывал странную потребность скрывать это от жены. Иногда Пирс уходил из дома на несколько часов (обычно в выходные), ссылаясь на важную встречу. Возвращался он очень поздно, был рассеянным и несколько отчужденным. В такие минуты Хлоя думала, что Пирс чувствует к ней вражду, но истинных причин его поведения она не знала.

Вскоре начались и другие неприятности. В последнее время Пирс зачастил в Соединенные Штаты, в основном в Нью-Йорк и Лос-Анджелес, объясняя это тем, что ему необходимо встретиться с продюсерами, актерами, агентами и другими лицами, заинтересованными в съемках его спектакля. Правда, он уезжал лишь на несколько дней, но это случалось почти каждый месяц.

Хлоя несколько раз просила Пирса взять ее с собой, но он всячески отговаривал жену.

— Дорогая, — убеждал он Хлою, — ты умрешь со скуки. Ведь тебе придется сидеть целыми днями в гостинице и ждать меня. — А когда она проявила большую настойчивость, Пирс твердо сказал:

— Хлоя, ты должна принимать меня таким, какой я есть. Не вижу, зачем тебе каждый раз отправляться со мной через океан.

— Вовсе не каждый, — настаивала Хлоя. — Пожалуйста, Пирс, я никогда не была в Америке. — Вскоре она потеряла надежду, что Пирс когда-нибудь возьмет ее с собой.

Вместе с тем он очень болезненно переносил отсутствие жены, всегда желая знать, где она, и впадал в истерику, если не знал. Если Хлоя уходила к друзьям с Пандорой и задерживалась у них, Пирс набрасывался на нее с упреками, обвиняя в том, что она не думает о муже и пренебрегает его чувствами.

Сначала она пыталась успокоить его, убедить, что ничего страшного не произошло, но потом, поняв бесполезность этого, стала придерживаться другой тактики. Теперь Хлоя звонила ему, сообщая о том, где она и когда придет.

Хлою удивляло, что муж ревнует ее к друзьям и подругам, но она старалась щадить его чувства. Хлоя все чаще ссылалась на необходимость прогулок с Пандорой. Конечно, ее беспокоило, что ее ложь может обнаружиться.

Это было бы тем более обидно, что Хлоя не изменяла мужу. Ей и в голову не приходила подобная мысль.

Особенно досаждало ей то, что он ревнует ее к Джо.

Она, конечно, встречалась с ним, поэтому ей всегда приходилось врать Пирсу.

Сам Пирс проводил много времени с друзьями — Дамианом, Дэвидом Монтегю и его женой Лизой, Джилом Форестом и другими. Возвращаясь домой поздно, Пирс клялся Хлое в любви и набрасывался на нее так, словно сознательно хотел причинить ей боль.

Их интимные отношения тоже стали серьезной проблемой. Пирс редко занимался с Хлоей любовью, но если делал это, она не получала никакого удовлетворения. Все было точно так, как и в первый раз. Она не успевала опомниться, как это заканчивалось. Хлоя пыталась поговорить с ним об этом, но ей так и не удалось объяснить мужу, чего она хочет. Поэтому вскоре Хлоя оставила надежду на то, что когда-нибудь получит удовольствие от близости с Пирсом. Однако его это, по-видимому, удовлетворяло, ибо он твердил, что Хлоя прекрасна и ему с ней очень хорошо. В конце концов, думала она, это не самое главное в семейной жизни. Все будет хорошо, успокаивала себя Хлоя, все со временем наладится, и одиночество и неудовлетворенность исчезнут.


Однажды Хлоя наткнулась на книгу Джо «Скандалы», вышедшую задолго до того, как он встретился с ее матерью. Хлоя давно уже мечтала прочитать ее, но это почему-то не получалось. Джо обычно отшучивался или говорил, что у него не осталось ни одного экземпляра.

И вот наконец она увидела ее в небольшом магазинчике на Кингз-роуд, где продавались подержанные книги. Заплатив фунт стерлингов, Хлоя взяла книгу и спрятала ее под покрывало коляски. Вернувшись с Пандорой домой, Хлоя занялась обычными делами и вспомнила о книге лишь наутро.

Когда Пирс спустился завтракать, Хлоя сидела с книгой в руках, медленно листая ее. Ей не хотелось читать все подряд, поэтому она просматривала страницы, посвященные Голливуду. Вдруг ее внимание привлекло странное имя — Байрон Патрик. Едва в гостиную вошел Пирс, Хлоя быстро поднялась и направилась в свою комнату. К счастью. Пирс, увлеченный газетой, не заметил ее странного поведения.

— Джо, — сказала она дрожащим голосом, — я вчера купила твою книгу, ту самую, про скандалы. Джо, почему ты не сказал мне об этом раньше?

— Что не сказал, дорогая? — с наигранным удивлением спросил Джо, но Хлоя поняла, что он знает, о чем идет речь.

— Джо, не хитри. Ты же прекрасно понимаешь, что я имею в виду Байрона Патрика, или Брендона, понятия не имею, как его зовут на самом деле. Ну, в общем, отца Флер. Я никогда не предполагала, что его жизнь так ужасно закончилась. Это же настоящая трагедия, Джо. Жаль, что я не знала об этом раньше.

— Почему жаль? Что бы это изменило? — спросил Джо.

— Не знаю, но все-таки. Я могла бы… Ну.., я хочу сказать, что все это так грустно! По-моему, я имела право знать об этом. Я бы вела себя немного иначе, Джо. Я имею в виду Флер, его дочь. Я бы относилась к ней с большим пониманием и сочувствием. У меня не было бы такой враждебности к Флер.

— Видишь ли, Хлоя, прошло уже немало лет, — начал оправдываться Джо. — У Флер сейчас все хорошо. Она справилась с этим тяжелым испытанием.

— Джо, как же ей удалось это пережить? Какую силу надо иметь, чтобы все это вынести? Нет, Джо, ты должен был рассказать мне об этом. Должен, понимаешь?

Мысль об отце Флер не давала Хлое покоя. Как же так, думала она? Почему этот человек, снискавший славу, окончил свою жизнь в нищете и на каком-то шоссе? Ведь когда-то он был настоящим героем, в которого безумно влюбилась ее мать! Да и что это за скандал? В эту минуту Флер казалась Хлое такой беззащитной, одинокой, что она устыдилась своего прежнего отношения к ней.

Вскоре Хлоя решила побольше разузнать о своей сестре, которая внезапно заняла очень важное место в ее жизни. Может, спросить об этом мать? Захочет ли и сможет ли Каролина рассказать ей все, что знает? А что, если поделиться с Пирсом? Вдруг он поможет ей?

Хлоя уже хотела было спуститься и поговорить с мужем, но тут зазвонил телефон. Пирс снял трубку, о чем-то долго беседовал, а потом пришел к жене и сообщил, что звонил Дэвид Монтегю с радостной новостью;

«Леди из Шалотта» выдвинута на соискание первой премии как лучший мюзикл в театре «Варьете».

Вскоре Пирс опять улетел в Нью-Йорк на три недели, а Хлоя в это время с радостью обнаружила, что она снова беременна. Поэтому судьба Флер и ее отца отодвинулась на задний план. В конце концов, подумала она, они не имеют никакого отношения к ее жизни.


Джо долго еще сидел за столом, уставившись на телефонный аппарат. Разговор с Хлоей очень встревожил его. Где она отыскала эту книгу? Потом Джо вспомнил, что видел ее в библиотеке Пирса. Да, конечно, Хлоя нашла его книгу именно там.


Флер не спеша просматривала последнее издание журнала «Харпсрс базар», пытаясь найти там одну из реклам «Джулианы». Был холодный и мрачный ноябрьский день. Внезапно Флер увидела под одной из фотографий в разделе светской хроники подпись: «Хлоя Виндзор». Затем она прочитала: "Хлоя Виндзор, очаровательная рыжеволосая жена английского актера и режиссера Пирса Виндзора, снята здесь со своей новорожденной дочерью Пандорой. Миссис Виндзор, известная несколько старомодными взглядами на материнство, утверждает, что для нее нет большего счастья, чем быть матерью большого семейства и хозяйкой дома.