Как передать все те эмоции, которые нахлынули на меня в тот момент, когда я оказалась в седле? Это был дикий страх, к моему удивлению перемешанный с восторгом. Я почувствовала под собой крепкий, упругий торс огромного животного, который казался мне жутким монстром, и мне захотелось закричать, но не от страха, а от восторга. Мне не было страшно, сердце мое билось бешено и дерзко, словно подбадривая: Вперед, давай, чего ты сидишь и ждешь?
Пока во мне кипели эмоции, мой инструктор уже запрыгнул на второго жеребца, и подмигнув мне радостно воскликнул:
- Вы готовы пронестись галопом по своим страхам?
Я рассмеялась. Как он догадался, о моих сокровенных мыслях, неужели я так явственно все чувствую, что окружающие могут понимать меня без слов. Мне стало приятно его участие, и, бросив на него взгляд полный решимости и уверенности, я воскликнула:
- Готова!
- Тогда вперед!
Он развернул своего коня, и легкой рысью направился к тропинке, ведущей к озеру. Я последовала за ним, стараясь повторять про себя всю теорию о верховой езде услышанную ранее, и стараясь не отставать, так как знала что теория и практика это абсолютно разные понятия, и оставаться один на один с неподвластным мне существом я не собиралась.
Когда наши лошади сравнялись, мой инструктор, (если честно не пишу его имени так как уже не помню, - имею дурную привычку не запоминать имена и лица людей, которые мне не интересны), бросил на меня как будто случайный взгляд, и сказал:
- Вы боитесь лошадей?
- Да. – улыбнулась я. – Это написано у меня на лбу?
- На вашем лице, если быть точнее. Вы словно видите перед собой дракона, который в любую минуту может наброситься на вас и заглотить.
Я улыбнулась и одной рукой слегка отодвинула ворот своей рубахи, в том месте еще виднелся небольшой белый шрам.
Инструктор с интересом глянул и хмыкнул.
- Предполагаю вас лягнула лошадь?
- Верно предполагаете.
- Значит, вы просто пытаетесь побороть свой страх?
- Да. Мне кажется, что в глаза своим страхам надо смотреть, тогда они теряют свои очертания, и превращаются лишь в прозрачное облако воспоминаний. Потом я сделаю так! - я демонстративно выпрямила ладонь и дунула, - и все пройдет.
- И что вы сейчас чувствуете?
- Облегчение. Невероятное, и неземное чувство свободы.
Это было действительно так. Словно пелена кошмара спала с моих глаз, мне даже на мгновение показалось что я чувствую как затягиваются мои рубцы и шрамы оставшиеся с детства.
- Тогда возможно мы ускоримся? – в голосе его прозвучала нотка вызова, он не спрашивал, он толкал меня на этот подвиг, понимая как мне необходима эта свобода.
Я кивнула, и как мне показывали осторожно стукнула упругие лошадиные бока. Моя лошадка громко фыркнула, но в тот же миг резко прибавила шаг, с каждым шагом все ускоряясь и ускоряясь. Я пригнулась к ее спине и подставила лицо встречному ветру. Как мне хотелось в этот момент смеяться и радоваться жизни. Как мне хотелось расправить руки, словно крылья и взлететь. Парить над облаками, полной грудью вздыхать свежий лесной воздух, это было прекрасно. И в тот же момент я вдруг выпрямилась, расправила руки в разные стороны и закричала. Выкидывая из себя всю свою боль и обиду, все свои страхи и сомнения, всю свою ненависть.
- Что вы делаете? – вдруг совсем рядом я услышала знакомый голос. – Вы испугаете животное!
Я почувствовала, как мой инструктор хватает меня за руку, пытаясь другой рукой поймать поводья. Тогда я осознала, что уже давно выпустила их из рук, но мне было так все равно. Я перешагнула эту грань. Я перешагнула грань жизни. Мне стало неважно, как и когда я умру. Я замерла на тонкой границе «между». Там где есть только радость, смех, улыбки и парящее чувство свобод! Теперь я свободна.
Инструктор остановил лошадей и посмотрел на меня как на сумасшедшую. А я смеялась, не могла остановиться, и слезы текли по щекам, и сердце рвалось на волю, но я смеялась. Смеялась не останавливаясь, пока не иссякли силы.
Тогда я вздохнула полной грудью, чувствуя, как наполняются мои легкие, и на выдохе сказала:
- Спасибо! Вы словно вернули меня к жизни.
С того самого дня, я начала свою новую жизнь. Прогоняя все мысли о своей болезни, стараясь не думать о завтрашнем дне, пытаясь поймать каждый счастливый миг сегодняшнего дня, и оставляя в сердце день ушедший.
Началась моя новая жизнь. Жизнь одним лишь днем. Не было у меня больше времени на слезы, на переживания, на обиду, только время на радость, на смех и на улыбки.
Естественно на приглашение инструктора, выпить со мной чашечку кофе, хотя он и был довольно симпатичным, я ответила отказом. Почему-то мне не захотелось тратить свое время на сомнительные встречи, мне нужно столько мыслей в голове перебрать. Как я предугадала, этот человек остался лишь мимолетным мгновением в моей жизни, на следующий день я о нем даже не вспомнила.
В тот же день, вечером, когда воспоминания были еще свежи, я решила не останавливаться на пути к достигнутому, и продолжить свое восхождение к свободе. Для этого мне надо было побороть второй свой страх – боязнь высоты. Мне кажется причину этого страха никому объяснять не надо, он появляется из ниоткуда, и буквально поглощает сознание. Если ты слаб, ты никогда не сможешь побороться с ним.
Как страх темноты, он появляется в детстве, но приходит с тобой во взрослую жизнь. Однако, если ребенком ты не понимаешь где вымысел, а где правда, то в зрелом возрасте – понимаешь, но все равно ловишь себя на мысли, что в темноте тебя пробирает необоснованный леденящий душу ужас, причину которому ты так и не сможешь найти. Вот так и страх перед высотой. Ты понимаешь, что нет ничего страшного смотреть вниз, с крыши многоэтажки, но заставить себя не испытывать нервозность в этот момент, ты не можешь.
Для начала я решила поэкспериментировать с крышей. Одевшись потеплее, я поднялась на лифте на самый последний этаж, и, стараясь оставаться незамеченной, прокралась на крышу.
Сначала само осознание того, что передо мной открылась панорама родного города во всей ее красоте, слегка облегчило мои страдания. Но стоило мне сделать шаг вперед, и представить себе, что подо мной двенадцать этажей вниз, а это почти пятьдесят метров, как вновь ладони мои вспотели, и по спине пробежал холодок.
- Соберись! – вдруг резко крикнула я себе. – Это всего лишь испытание!
Сердце колотилось бешено, необузданно, словно дикое животное желавшее вырваться на волю.
Я сделала шаг вперед… Затем еще один… Еще и вот я оказалась у края. Внизу шумел город. Маленькими точками шныряли туда-сюда машинки, словно муравьишки бегали люди. Улицы тянулись длинными, хаотичными паутинами, освещенные фонарями и яркими витринами. Мне казалось, я, чувствую его пульс. Словно он сейчас живет моей жизнью, и его сердце бьется в моем ритме.
Пора.
Я сжала кулаки и сделала шаг вперед. Еще один. Еще. И вот я уже стою на парапете. Подо мной огромная пропасть вниз. И город уже не кажется мне красочным и прекрасным. Теперь мне кажется, что он словно хищник распахнул свою пасть, ожидая поглотить меня навсегда, без остатка, не давая шанса на спасение.
Чем больше я смотрела вниз, тем больше нарастал мой страх. Он словно паук переползал внутри меня оковывая все мои органы ледяной паутиной смерти. Я не могла пошевелиться, не могла закричать, а лишь бездумно смотрела вниз. И в голове закрутилась мысль. А зачем ждать. Мучиться, терзать себя неизвестностью. Сколько мне осталось. Год, месяц, неделя? И все это время я буду мучить себя, терзать, стараясь не думать, стараясь забыть, пытаясь жить как все нормальные люди. А ведь сейчас… один только шаг вперед, и все закончится. Я вновь стану прежней, свободной, но одинокой. Одинокой в душе… Никого вокруг… Родители, которые уже потеряли одну дочь, и скоро лишатся другой. Зачем терзать их ожиданием? Кому от этого будет легче. Я даже почувствовала, словно кто-то прикоснулся к моей спине, своей ледяной, костлявой рукой, как бы подталкивая вниз.
И вроде бы поддаться этой силе, но… вместо этого, я сделала резкий шаг назад, и резко почувствовала тошноту. В горле встал ком, стало трудно дышать. Я упала навзничь и громко зарыдала. Это душа моя рвалась на волю, рвалась к небесам, молила о свободе, молила о пощаде, уставшая биться одинокой птицей в темной клетке. Захотелось разорвать грудь и выпустить ее на волю. Я подняла красное от слез лицо к небесам, в глазах все пылало, я не могла увидеть силуэты, как и не могла видеть свое будущее, и душа моя закричала во мне, в отчаянии: