В общем, как только подруга вышла на кухню, прижала его к стене и попросила… да… именно так… ПОПРОСИЛА его не открывать свой рот в мой адрес, либо останется без зубов. Причем без всех. Больше мы с ним не виделись, но всегда приветы передает. Не знаю, зачем этот гусь Лидке, но меня он реально бесит.

Надо отметить, что он писаный красавчик и речь его не звучит, а льется. По ушам прямо бульдозером прет. Но очевидно нравятся ей такие… такие… такие ЛОСИ. Да, а все потому, что насмотрелась она на родителей: папа добрый и пассивный, а мама – полный доминант, в доме всем управляет. И живут, душа в душу. Вот и ей такого же счастья хочется! Поэтому Лидка и находит себе вроде как добрых мужичков, но идиотов.

– Нет, – буркнула она.

– Правильно, зачем пугать твоего зайчика!

– Ему 28 и он… не такой!

– Несомненно! И будь осторожна, не вздумай парня обнять. Милые девушки так не поступают! Они скромно пыхтят в сторонке, томно хлопая накладными ресницами, при этом открывая свой миленький ротик, ожидая чуда.

– Злодейка ты, Кристи, – довольно выдала она мне уже в подъезде, еле сдерживая хохот.

– Конечно, беру пример с подруги! Хорошо вам повеселиться! – счастливо выдала я, и вздохнула в полной уверенности, что еще немного и ее милый заумный ботаник, то есть учитель по физике, хоть как узнает кто такая Атаманова Лидия и познакомиться с ее характером.

Очень надеюсь, что все будет хорошо, но вот как-то не верится. Да и подруга молчит… видно тоже чует.

Закрыла дверь и пошла в комнату. Покидала, то есть сложила свои вещи (все не мнущиеся!), и отправилась в душ. Как только обсохла, забралась в свою кроватку, и мгновенно уснула.


***


16 декабря


«Подъем в пять утра – это не утро, а издевательство!»

Как зомби ходила по квартире, а потом приняла ледяной душ и мгновенно проснулась. За десять минут собралась, чай попила, все портящиеся продукты из холодильника выкинула и вышла в коридор, не забыв закрыть квартиру.

Спускаясь по лестнице с девятого этажа, чтобы размяться, на четвертом наткнулась на… непонятную группу обкуренных пацанчиков-наркоманчиков. Поставила спортивную сумку и пакет с мусором на ступеньку и громко поздоровалась:

– Доброе утро, товарищи наркоманы! Вас выкинуть или сами???

Не нужно думать, что я такая отчаянная. Все знакомые люди! Почти родные! Как-то рано летним утром, возвращаясь с утренней пробежки с Лидкой, наткнулись тут на них… Смелые худенькие мужички как только увидели нас (красивых и потненьких) решили себя порадовать и начали пристать. Разбросали мы их хорошо (пришлось даже белить площадку третьего этажа), а потом Лидка вызвала полицию. Год они не показывались, а сейчас подзабыли нас малость и вновь здесь.

– Ээ-э-э тебе че… че… че… а-а-а-м… че…

– Ну-ну… еще немного и ты сможешь закончить! – поддержала я самого обкуренного, качающегося и приседающего паренька в красной курточке и женских колготках. Такой тонюсенький как тростиночка, что я по сравнению с ним – девкаУХ!

«Ну и прикид… Новая мужская мода, а я и не знала!»

– Нее-е… мы это… ошиблись. Не надо, – выдохнул самый нормальный парень на вид, стоящий в кроссовках и шортах, ну а сверху пальто. – Мы… мы не придем больше.

– Вот и я думаю, ошиблись мальчики, – ласково пропела, а потом посмотрела на часы и, определив, что опаздываю, грозно рявкнула:

– Так! Быстро свое добро с лестницы подняли и умотали отсюда. Пять минут. Либо сегодня вам ночлег обеспечен в обезьяннике! Живо!

Все мгновенно засобирались, правда, самый обкуренный пытался возмущаться, но его схватили в охапку, и затолкали в лифт. Да и мусор собрали. Молодцы! Даже баб Галин захватили. Добрая старушка всегда его здесь ставит, рассчитывая, что я или Лидка вынесем, так как мусоропровод у нас заварен, чтобы тараканчиков и муравьев не было.

Через пять минут я проверила всю лестницу и вышла из дома. Прошлась до мусорки, отмечая, что наркоманчики уже скрылись из виду, и пошла к своей машинке. Закинув сумку в багажник своей девочки, села на водительское сиденье и врубив радио, поехала в дальнюю поездку.


ГЛАВА 2


17 декабря

Челябинск

Время – 00:01


Приехала в полночь, уставшая, никакая. Вытащила сумку и, поставив машину на сигнашку, потопала к огромному двухэтажному дому Зелинских. Тут все как всегда. Стильно, модно и шикарно.

Петр Сергеевич, муж моей мамы – замечательный мужчина. Предприниматель от бога и добрейшей души человек. Даже странно, что Лизка не выросла эгоисткой, а умницей и послушной дочерью.

Дверь открыла мама, и мгновенно прижала меня к груди. Высокая стройная темноволосая женщина, поражающая необычайной красотой. Корни ей достались корейские, и поэтому кожа у нее смуглая, тонкая талия, угловатые скулы, небольшие, но пухлые губы, аккуратный нос с тонкой спинкой и зауженный разрез глаз. Она выглядит сказочкой принцессой, особенно когда замечтается о своем.

Ну а я… пошла в папу, хотя фигурка у меня тоже ничего и волосы темные, но вот по мне сразу видно, что девка я русская, особенно когда открою рот.

– Моя малышка! Как я соскучилась. Как плохо, что ты там, а я здесь. Как было бы хорошо, если моя малышка жила в Челябинске. Но нет же, все никак не можешь вырваться из своего Новосибирска. И что там хорошего? А я бы была так счастлива, зная, что ты рядом, – выдала она за несколько секунд, продолжая обнимать меня.

 И так всегда! Мамуличка-красатуличка, творческая у меня личность, и когда говорит об одном, моментально переходит на вторую тему, потом на третью, и потом всем и неважно, о чем говорилось в начале.

– Привет, мамуль. Тоже соскучилась! – воскликнула я, а потом добавила: – Не обижусь, если покормишь голодную дочурку. Один раз в столовку заезжала, чуть не отравилась мантами. Не понимаю, как их можно так погано сготовить?!

– Конечно! Конечно! Иди в свою комнату, а я посмотрю, что там есть, – задумчиво проговорила она, очевидно вспоминая то, что не знает. Тут же улыбнулась мне и добавила: – А потом мы с тобой поговорим. Кстати, как там бабуля? Ты к ней заезжала? Наверное, здоровье хромает. Кристи, а знаешь, что я недавно услышала?!

Улыбнулась, радостно отмечая, как я обожаю свою неповторимую, изумительную мамульку. Она у меня самая лучшая, но все же останусь я без еды, если сама не позабочусь. Застыла на лестнице и попросила:

– Мам, ты в кухню иди, а я переоденусь и прибегу. Не волнуйся, я сама в холодильнике все найду. Надеюсь, любимый повар не поменялся?

– Что ты! Конечно нет! Такого замечательного человека как Вера Николаевна нигде не сыскать. Божественно готовит! Восхитительно! А как у нее получаются блинчики. Между прочим, вычитала где-то… в одном престижном журнале, что…

– Мамуль, мысль не теряй… я мигом прибегу, – прокричала и помчалась на второй этаж, зная, что если буду слушать, усну прямо на лестнице.

Прибежав в спальню, швырнула сумку на пол, и сняла свои вещи, сложив стопочкой. Достала из шкафа шорты и футболку. Ополоснула по пути в ванной руки и лицо и спустилась на первый этаж, направившись прямиком в кухоньку.

Мама сидела за столом и рисовала на белой бумаге (в каждой комнате имеется такая нужная вещь). Ухмыльнулась и, достав из холодильника котлеты с макаронами в контейнере (думаю, специально для меня отложили, кухарка – феечка!), и поставила в микроволновку. Салат тоже сграбастала в большой миске с крышкой. Когда уже принялась уплетать, проговорила:

– Мамочка, рассказывай. Что нового?

Анастасия Александровна отвлеклась от своего творения, и счастливо посмотрев на меня, произнесла:

– Прости, всегда рисую, когда задумываюсь. У нас все как обычно. А ты как? Замуж не собираешься?

Котлета чуть поперек горла не встала. Вот зачем этот вопрос задавать, когда я ужинаю? Причем всем и всегда в ненужный момент! Самый популярный вопрос???

Улыбнулась и честно призналась:

– Да кому я нужна такая вредная!

– Нет! Ты у меня добрая и милая девочка, – убежденно воскликнула она.

Вилка застыла на полпути. Маман про кого сейчас рассказывает? Про меня, что ли?! Если так, то… буду знать.

– Да, мамуль, когда зубами к стенке сплю, – согласилась я с ней.

– И еще с хорошим чувством юмора.